Эйнен тут же, немедля ни секунды, рассек ладонь кинжалом и принес клятву не разглашать никаких тайн, узнанных от друга.
– В этом не было нужды, – нахмурился Хаджар. – я тебе доверяю как брату.
– И я тебе доверяю, мой варварский друг, – Эйнен слегка улыбнулся. – но клятва имеет и другое свойоства. Даже если кто-то, при помощи ментальной техники, захочет выпотрошить мое сознание, то не узнает ничего, кроме того, что я поклялся не разглашать твоих тайн."
"Теперь уже и Хаджар полоснул по ладони ножом и принес точно такую же клятву.
– Проверить бы эту теорию на практике, – слегка мечтательно вздохнул Хаджар.
– Слышит Великая Черепаха, у тебя еще будет шанс, друг мой, – губы Эйнена расплылись в хищной усмешке. – Мальчик Динос прав – на Имперском Тракте нас наверняка будут поджидать ученики остальных школ.
Теперь уже и Хаджар сверкал хищной усмешкой.
Глава 474
В эту ночь никто не собирался покидать пределов Долины Болот. Более того, народ, никуда не разбегаясь, поставили лагерь прямо неподалеку от тела Гиганта.
Благодаря своей, весьма высокой ступени развития, даже после смерти он продолжал излучать ауру, которая могла с легкостью уничтожить смертного или остановить сердце слабому практикующему.
Может именно поэтому ни один представитель фауны Долины не спешил полакомиться мертвечиной.
Ночь в этой местности стояла пугающе темной. Из-за бесконечных испарений с болот, которые, в свою очередь, представляли немалую опасность, небо здесь всегда было затянуто низкими, темными тучами. Даже днем сквозь них пробивалось столь мало света, что царил никогда не исчезающий сумрак.
Во вторую половину суток, когда солнце клонилось куда-то на восток, здесь было так темно, что даже костры не очень-то разгоняли мглу.
Хаджар сидел как раз у одного из таких.
С легкой полуулыбкой он вглядывался куда-то во мглу. До него порой доносился чей-то не очень трезвый смех и стоны недвусмысленного характера.
Как бы то ни было, а битву с Первобытным Гигантом пережили почти дети. От шестнадцати, до двадцати весен. Жизни не видели, мокрого пороха на холоде вместо каши не жевали.
Стресс они снимали двумя, доступными что смертным, что адептам, способами. Алкоголь и секс.