Уверен, лучшая школа Дарнаса располагает немного более лучшим устройством, – островитянин специально сделал акцент на слове “немного”.
Хаджар посмотрел на друга исподлобья, но промолчал. Он не мог спорить с Эйненом. Несмотря на всю резкость произнесенных слов, они были правдивы. По сравнению со Школой Святого Неба, армия Лунной Лин действительно была не более, чем ползущим по ветке жуком.
– Знаешь, я наверное просто устал, – покачал головой Хаджар. – и когда появилась возможность воспользоваться легким путем, я…
Удар ребром ладони по голове заставил Хаджара замолчать.
– Эй! – возмутился он.
Эйнен убрал руку. Оставаясь все с тем же непроницаемым выражением лица, он продолжил смотреть вдаль.
– Когда рыба устает, она засыпает и поднимается пузом к верху. Мне кажется, так же и среди адептов. Теперь мы Небесные Солдаты, друг мой. И если сойдем с нашего пути, то исчезнем в Реке Мира. Так что еще не время для усталости.
Хаджар вновь не стал спорить. Эйнен был прав. Вот только от осознания этого легче не становилось.
– Ну и какой у тебя план, мой лысый напарник?
– Поступим во внешний круг, а оттуда будем постепенно пробираться к внутреннему, и, если повезет, найдем личных наставников.
Хаджар подпер подбородок рукой и уныло промямлил:
– Высокое небо, это будет до проклятья длинный путь.
Эйнен промолчал.
– Но видят Вечерние Звезды! – рявкнул Хаджар. – я не уйду отсюда без этого клятого рекомендательного письма! И еще, можешь обвинять меня в безчестии, но я стрясу с Рахаима приличную сумму денег!
С этими словами Хаджар вскочил на ноги, развернулся и отправился обратно в Подземный Город.
Эйнен продолжил сидеть на краю обрыва. Он слегка улыбался.
Глава 424
– Наверное, нам надо попрощаться.
У подножия горы, на песке, стояло несколько человек. Тилис крепко обняла Хаджара, а тот ответил тем же. Они простояли так несколько мгновений, а когда разомкнули объятья и разошлись, то в глазах каждого светилось сожаление. Сожаление о тех днях, неделях и месяцах, что они упустили.
– Возьми, – ведьма протянула Хаджару небольшую плетенку фенечек.
Он бережно принял их и аккуратно вплел в волосы. Теперь с правой стороны его лица свешивались три нитки миниатюрных бусин. Две от шамана бедуинов, которые берегли его от злых духов. А одна, не менее драгоценная, от той, кому бы он мог стать братом, но не успел.
Третью нитку он ценил, пожалуй, даже больше первых двух.
– Я рада, что знала таких славных воинов, – Кариса протянула руку и произнесла. – Живите свободно.