Ее взгляд был прикован к статной фигуре графа Шандора Кароли. Сейчас, когда он не подозревал, что за ним наблюдают, застигнутый врасплох, он был мрачнее тучи. Правда, выглядел гораздо моложе, чем казалось.
Солнечный луч, отразившийся от линз бинокля, ярко вспыхнул. Граф Кароли повернул голову, оглядывая поросший соснами склон холма и золотистые камни виллы, полускрытые деревьями. Сердце Шарлотты бешено заколотилось. Она знала, что он ее не видит, но на какое-то ослепительно-жгучее мгновение темные угли глаз взяли ее в плен.
Шарлотта медленно опустила бинокль.
– Граф… русский? – нерешительно пробормотала она.
– Венгр. Его кузен – граф Позери, дьявол совершенно иного рода. Преступления Шандора рождены страстью. Преступления Позери – кровью.
Шарлотта мысленно задалась вопросом, не является ли самоубийство любовницы кровавым преступлением. Ибо глаза Кароли были глазами человека, раздираемого собственным душевным адом.
Княгиня потянулась к стоявшему на складном столике маленькому серебряному колокольчику и нетерпеливо позвонила.
– Шампанского! – приказала она худенькой горничной, поспешившей явиться на зов. – И лимонада.
Горничная сделала книксен и удалилась. Княгиня разгладила воображаемую складочку на черной шелковой юбке и поправила бутоньерку из пармских фиалок на поясе.
– Шарлотта, у вас есть список постояльцев «Отеля де Пари»? Прочитайте.
Шарлотта вынула из ридикюля листок почтовой бумаги с виньетками.
– Лорд и леди Пителбридж, прибыли вчера утром в карете. Княгиня Елена и графиня Бексхолл живут там уже несколько дней. Кроме того, к мадемуазель Флоретте Розанко приехала мадемуазель Луиза де Реми.
– Кокотки, – уничтожающе бросила княгиня. – Удивляюсь, как это княгиня Елена соглашается оставаться с ними под одной крышей. Кто там еще? Вчера поздним вечером я сама видела, как со стороны Ниццы прибыло несколько экипажей.
– Мадемуазель Бернар, актриса.
Княгиня довольно вздохнула:
– Значит, нужно послать карточку в «Отель де Пари» и сообщить, что мы желаем с ней познакомиться.
– Она сегодня утром уехала в Ниццу, ваша светлость, – ответила Шарлотта, сдержав улыбку.
Миссис Карлион была почтительна к княгине и всегда проигрывала ей в покер. Но все жертвы были напрасны. Княгиня по-прежнему ее недолюбливала.