До этой минуты Шандор не знал о существовании сестры и того печального факта, что он сын не графа Кароли, а бродяги-цыгана, красавца со сверкающими черными глазами и кудрями.
Муки юноши были невыносимы. Даже сейчас при мысли об этом Шандор покрывался холодным потом. Сознавать, что он не сын человека, которого любил! Человека, которого с первых лет жизни называл отцом! Не он законный наследник земель и великолепного замка на берегу озера!
Он думал, что умрет от стыда и скорби. Но умерла его прелестная легкомысленная мать, и у ее смертного одра он встретил свою сестру Зару.
"Ее смятение, ее тоска были так же глубоки, как у брата, и они, соединенные узами любви и обстоятельств, отныне стали держаться вместе. Сознание того, что Зара во всем полагается на брата, помогло ему обрести силу.
Зара. Она хранила его тайну, как он хранил ее. Вышла замуж и жила в страхе, что муж узнает правду о ее происхождении. Через несколько дней она приедет в Монте-Карло – единственный в мире человек, который знал его тайну.
Камешки летели из-под конских копыт. Экипаж опасно раскачивался, но Шандор ничего не замечал.
Он умолял графа Кароли позволить ему отказаться от имени, не принадлежавшего ему по праву, но тот был непреклонен. У него не было сыновей – Шандор стал ему сыном. Он научил его ездить верхом, удить рыбу, стрелять. Его земли перейдут Шандору. Все иное немыслимо.
В юности Шандор был полон решимости совершить благородный поступок, когда придет время.
Йожеф Позери был распутник и садист. Его несчастные крестьяне жили в постоянном страхе. Он буквально заливал свои земли кровью. Император Франц Иосиф отказывался принимать его при дворе. Графиня Позери покончила с собой. Бедные дочери сохли как былинки и смертельно боялись отца.
Ничего не скажешь, несколько поколений дурной крови… Отец Позери страдал теми же пороками, и Иштван Кароли хорошо знал, что сын пошел по отцовским стопам. Последним желанием Иштвана было, чтобы его владения и земли никогда не перешли в собственность подобного человека. Шандор дал слово приемному отцу, и после его смерти он, сын неизвестного цыгана, унаследовал титул и состояние.
Покрытые пеной кони влетели на подъездную аллею виллы «Босолей».