Видимо, Фредерик пользовался какой-то техникой сокрытия, которая не позволяла в полной мере оценить его силу.
– В дополнение к этому донесению, я недавно получил еще одно, – Генерал достал второй свиток. – Совсем недавнее – нет и недели. Сообщается о том, что на Северо-Западных рубежах границы, в горах произошла какая-то аномалия. А буквально через день племена орков устроили небывалый праздник, на котором чествовали охотников Степного Клыка и Северного Ветра.
Хаджар даже не был удивлен тому, что Генерал Даригона обладал всеми этими сведениями.
– И, насколько я вижу, в твоих волосах даже не одно, а два пера орков. Если сравнивать с нашей системой рангов, то ты у них теперь вроде почетного дворянина.
– У орков нет знати, – парировал Хаджар.
Фредерик убрал донесения и повернулся обратно к Хаджару.
– Значит, не отрицаешь, – протянул он. Вовсе не угрожающе, а даже немного устало.
Хаджар некоторое время вглядывался в стальные глаза Генерала. А затем, прекрасно понимая последствия своего ответа, отрицательно покачал головой.
– Простите, мой генерал, но это не моя тайна.
Некоторое время они играли в гляделки. И, видят Вечерние Звезды, впервые Хаджар едва было не отвел взгляд в сторону. Единственное, что не позволяло этого сделать, осознание того, что он был прав.
Кем он был, если бы каждому встречному выкладывал тайны, которые делил с другими людьми… и нелюдьми.
– Уважаю, – кивнул, наконец, Фредерик. – Теперь вижу, почему Орун выбрал тебя.
С этими словами Генерал поднялся и подошел к портрету Императора. Встав перед ним, он глубоко поклонился, а затем достал из-под воротника богатых одежд золотой медальон.
Фредерик, прошептав что-то и пропитав артефакт свой силой, приложил его к углу портретной рамы. Спустя некоторое время картина вспыхнула разноцветным пламенем, в котором вскоре и исчезла.
За ней показалась ниша, в которой, кроме, даже с первого взгляда, весьма древнего свитка, больше ничего и не лежало.
Фредерик, бережно подняв его, отошел от стены. Стоило ему это сделать, как картина, закрывая опустевшую нишу, вернулась на свое прежнее место.
Хаджар мысленно присвистнул. Если уж генерал хранил свиток в волшебном сейфе, не доверяя собственному пространственному артефакту, то ценность данного сокровища сложно было переоценить.