Два коктейля в баре, пока тебя не было, а через минуту она уже была готова делать минет в туалете.
– Прекрати!
– Но я поступил по чести. Как друг! Я ее трогать не стал, она сама с тобой порвала, а потом…
– Ты не отказался переспать с ней, а потом бросил!
– Как и десятки других девушек. Она вернулась к тебе, ты даже принял ее, сам позднее отвесил потом пинка под зад.
– Потому что она назвала меня твоим именем в постели! – разозлился бывший друг.
– О, ты решил всю историю перевернуть? Хорошо, давай перелистнем еще несколько страниц.
– Я лишь стер плевок со своего лица.
– Никто в тебя не плевал. Ты сам решил, что в тебя плюнули, а когда я поймал тебя за руку, ты не захотел быть искренним, начал юлить. Мне стало ясно, что другом ты никогда не был! Все зашло слишком далеко.
– Значит, ты не хочешь наладить контакт. Не хочешь разойтись мирно… – говорит друг спокойно.
Думаю, он ждал именно этого, моего отказа.
На другое и рассчитывать не приходится.
– Я с тобой не воюю, Мирас. Ты сам пытаешься прыгнуть выше головы, но все твои попытки ударить и отбиваю с легкостью.
Отложив телефон в сторону, внезапно ловлю себя на мысли, что мой подарок Свете тоже можно расценить, как попытку купить ее расположение.
Что же теперь делать?
Украшения дорогие, но после утреннего разговора интуиция подсказывает, что они полетят мне в лицо, невзирая на баснословную стоимость.
Придется отложить подарок на потом. Но обручалка останется. Это даже не обсуждается!
Появляться с пустыми руками не хочется. Я уже настроился сделать Лане сюрприз, значит, сюрприз будет.
Причем, такой, от которого Света просто не сможет отказаться!
Светлана
Растягиваю время, как могу.
Завтрак в кафе? Есть. Прогулка в магазин за новыми трусиками с более широкой резинкой? Есть.
Обновила ноготки у любимого мастера маникюра. На секунду даже подумала, не нарастить ли мне острые пики? Ими удобнее будет царапать Анварову бесстыжее, холеное лицо, но потом отказалась от безумной затеи делать что-то себе во вред.