Больше смотреть не на что, ведь затейница встала ко мне спиной, изогнувшись и отставив ножку, обутую в красные туфли на высоком каблуке.
Неожиданно!
Вчера я видел, что на ногах Раисовой красовались легкие балетки. Говорят, что ноги беременных быстро устают.
Отчего же Раисова решила так принарядиться и что она задумала?!
Я бы ни за что не подумал, что та крошечная скромняшка, которую я встретил в клинике «Центр материнства», способна надеть что-то подобное – убийственно дерзкие, красные туфли и черные чулки в мелкую сеточку.
Может быть, не зря говорят, что в тихом омуте черти водятся?!
Если так, то в этом омуте – бездна чертей, способных довести до грехопадения.
Игнорирую жар, скользнувший по телу ниже пупка.
Однако прочь в сторону порочные мысли. Сначала – дело!
– Светлана? Быстро же ты передумала. Зайди, как положено, и мы поговорим.
– Обязательно поговорим. Все, что хочешь, сладенький, – приглушенно мурлыкает женский голос.
Негромко начинает играть музыка. Девица включила трек на своем телефоне, опустив его на пол.
Что здесь происходит?!
Дверь захлопывается. Все так же стоя ко мне спиной, Раисова проворачивает щеколду замка.
Запирает нас.
Сбрасывает пальто с плеч, оставшись в коротком, чересчур коротком платьице, которое даже попу едва прикрывает. Прижавшись грудью к двери, она начинает тереться об нее, словно кошка, оттопырив попку назад.
Я понимаю, что на ней нет белья.
Какая грация…"
"Я и не подозревал, что Раисова умеет танцевать стрип и решит задобрить меня таким способом.
– Неплохо. Что еще ты умеешь?
В ответ она начинает выделывать задницей пируэты, от которых кружится голова. Отменный эротичный танец. Заводит…
Насладиться бы им, но я не могу избавиться от впечатления, что здесь что-то не так.
Как с беременным животом, пусть даже небольшим, можно танцевать так?
К тому же Раисова казалась мне миниатюрнее, что ли?!
Не сходится, хоть убей.
– Закрой глаза, – просит она, стоя ко мне спиной и извиваясь в такт музыке.
Ладно. Закрою. На мой контроль это все равно никак не повлияет.
Но стоит мне опустить вниз ресницы, как перестук каблучков становится ближе, и по шее, по плечам скользят женские умелые руки.
Ну, очень умелые…
До чего же ловко ее пальчики вытаскивают ремень брюк из петелек.
Втягиваю носом воздух с ароматом духов, цветочный аромат с восточными нотами. Тяжеловатая ваниль, от Раисовой пахло совсем иначе.
Поскрипывает стол.