Один боец остался возле входа, двое других проскользнули в подъезд. Крячко окинул двор долгим взглядом и прошел следом. Поднявшись на второй этаж, он остановился возле двери, на которой красовалась табличка с именем Демьяна Бороткова.
Звонок от Гурова поступил минуты три назад, когда Крячко с бойцами занимали позицию в соседнем с демьяновским дворе. Лев отписался, что фотоснимки, на которых Алина устраивается в дренажной системе, отправлены Демьяну и что от него получен ответ. С этого момента в игру вступал Крячко.
Позвонив в дверной звонок, Стас прислушался. За дверью раздались торопливые шаги. Кто-то припал к «глазку» и тут же отпрянул. Стас не стал следовать протоколам и инструкциям, дал отмашку, и бойцы с одного удара снесли хлипкую деревянную дверь, благодаря провидение за то, что Демьян до сих пор не нашел времени или желания сменить довоенный раритет на солидную стальную конструкцию.
– Ну, здравствуй, Деятель, – глядя прямо в глаза Бороткова, проговорил Крячко. – Надеюсь, ты сегодня позавтракал, так как обедать тебе придется ой как не скоро.
– Я не понимаю, что здесь происходит, – забормотал Демьян.
– Алина Розговцева, вот что здесь происходит, – жестко произнес Стас. – Светлана Зубенко здесь происходит, Янина Эгельшина тоже здесь. Мне продолжать или сам продолжишь?
– Вы меня с кем-то путаете, – попытался отмазаться Демьян.
– Может, я люблю путаницу, – усмехнулся Крячко, страх в глазах Демьяна только подзадоривал. – Может, мне плевать, знаешь ты убиенных или нет. Может, я в любом случае тебя посажу. Просто чтобы не копить «глухарей».
– Это произвол! – предпринял вторую попытку Демьян. – Вы – полицейский, вы должны соблюдать закон.
– Вон как ты заговорил! Закон я должен соблюдать.