– Ну, раз обещали, сделают. Я им сразу сказал, ежели ты недовольным останешься, пусть на клиентов от меня больше не рассчитывают. И помогать им больше не стану.
– Сурово ты с тестем, – удивился парень.
– Ничего. Пусть свое место знает. А то вздумал меня тут жизни учить, – фыркнул Изя, и Елисей, не удержавшись, улыбнулся. Уж очень гигант в этот момент был похож на разозленного быка. Только пара из ноздрей не вырывалось.
– Чего ему опять неймется? – спросил он, решив побыть немного громоотводом.
Выговорившись, Изя успокаивался, и его можно было снова долго и нудно доставать, без угрозы для личного здоровья.
– Ты представляешь?! Этот шлемазл заявил, что я должен сделать ему еще три машины, чтобы он мог как следует расширить свою мастерскую. А то, что эта работа стоит серьезных денег, он и слышать не хочет. Я, видишь ли, ему зять, и должен радеть за семью, – в голосе Изи от возмущения прорезались национальные нотки.
– И как далеко ты его послал? – поддел приятеля Елисей.
– Не так далеко, как хотелось бы, – снова фыркнул гигант.
– Как она, к слову? – опомнился Елисей.
Жена ювелира была в положении, и Изя в ее сторону теперь даже дышать боялся.
– Хорошо, – с довольным видом улыбнулся гигант. – Все ворчит на меня, что в ее дела влезаю. Говорит, что она беременна, а не больна. А я не могу. Все время боюсь за нее, – смутившись и чуть покраснев, признался бугай.
– Ну, бояться точно не надо, а беспокоиться и помогать, думаю, в самый раз будет, – осторожно посоветовал Елисей.
– Ну, может, ты и прав, – тяжело вздохнул Изя. – Только я по-другому не умею. Сам знаешь, как у меня было.
– Знаю, потому и говорю, что тут не бояться, а помогать надо. Думаю, будет лучше, ежели она сама тебе говорить станет, что именно сделать надо. Ну, к примеру, ей теперь тяжелое поднимать не след, вот на том и стой.
– Шо-то я таки плохо не понял, кто из нас двоих еврей? – прищурившись и окинув парня ехидным взглядом, поинтересовался Изя.
Друзья от души расхохотались. Дверь в лавку со стороны дома открылась, и вошедшая Сусанна, удивленно посмотрев на них, улыбнулась:
– Хватит ржать, жеребцы. Обедать идите. Я уж все накрыла.
– Идем, милая, идем, – засуетился Изя и побежал к дверям, закрывать лавку.
Портной, как и обещал, успел закончить и мундир, и платья в срок. Через три дня после того разговора коляска коменданта выкатилась из города и направилась в сторону Екатеринодара.