С ним можешь разговаривать, как со мной."
"В субботу Ястреб вышел из дома и по Садовой отправился к ресторану «София». Официально кабак этот открывался в одиннадцать, но ровно в десять начинал работать буфет для сотрудников, вот там-то и общались московские и приезжие лихие люди. Это была биржа преступного промысла. Здесь можно было договориться с бывшими боксерами-чемпионами, и они, за деньги конечно, готовы были искалечить твоего обидчика. Бывший технарь, выгнанный за пьянки из КГБ, за бабки ставил подслушку на любой телефон.
Крутились здесь каталы, наводчики, налетчики. Работала биржа только в субботу с десяти до одиннадцати.
Ястреб подошел к служебному входу, сунул вахтеру красненькую и прошел в узкий коридор, заканчивающийся буфетной стойкой.
Ястреб подошел к стойке и попросил сто коньяка и лимон. Он не успел выпить, как за спиной раздался голос:
— Я из Столешникова.
Ястреб допил коньяк и оглянулся.
За его спиной стоял парень в модном кожаном пальто с погончиками и в ондатровой шапке.
— Пошли, — сказал парень.
Они вышли из «Софии». По Садовому бежали редкие по субботнему времени машины, ветерок гнал снежную поземку по тротуару. Пробежали две хорошенькие девушки в одинаковых дубленках, обернулись, мазнули глазами по Ястребову спутнику и побежали, скользя, к метро.
Снежок пошел. Мягкий, как елочная вата.
— Куда пойдем? — спросил Ястреб.
— Здесь рядом, на улице Готвальда кафе «Ритм», там и поговорим.
В кафе было пусто. Только молоденький бармен за стойкой протирал бокалы да шипела венгерская кофеварка.
Пахло свежевымытым полом и табаком.
— Сделай два турецких, — сказал парень.
— Все? — лукаво спросил официант.
— Пока все.
Ястреб и его спутник уселись за столик у окна.
— Давайте без вступлений. Что надо сделать? — жестко спросил парень.
— Обнести квартиру.
— Только и всего? И ради этого меня беспокоили?
Парень смотрел на Ястреба иронично, слегка прищурившись."
"Нет, совсем он не был похож на делового. Обычный московский фраерок.