– Маленькая, надеюсь, ты понимаешь, как порой сложно сдержаться и обращаться с тобой достаточно нежно и медленно, – хрипло прошептал он.
Так, да? Мне отчего-то стало любопытно, а каково это – недостаточно нежно и медленно? Колебалась не больше удара собственного сердца. Хитро сощурилась и прошептала совсем тихо:
– Хороший мой, надеюсь, ты понимаешь, что я порой вовсе не хочу, чтоб со мной обращались достаточно нежно и медленно.
Рик со свистом втянул воздух сквозь зубы.
– Маленькая, что ты делаешь…
Довольно замурлыкала от еле сдерживаемой страсти, мелькнувшей в одной-единственной фразе.
– Хочешь увильнуть и не дать женщине того, чего она желает?
Мышцы под пальцами напряглись, черные глаза открылись, окинув меня взглядом, от которого коленки благополучно подкосились, и их несчастная обладательница едва не рухнула на землю.
– Ты ведь не хочешь сдерживаться, правда? – одними губами проговорила я. – Хочешь не контролировать себя с самого начала.
Склонилась, провела языком по шее, груди.
– Хочешь отдаться инстинктам.
Рик застонал, стена за ним подозрительно захрустела, на землю с глухим стуком посыпался строительный мусор. Хорошо. Бездонные хищные глаза напряженно следили за мной. Вот и нашла твое слабое место, обожаемый мой.
Оторвалась от него, глядя в глаза, отступила назад. Шаг. Еще один. Говорят, если не хотите нападения, не смотрите в глаза зверю. Я хотела. Нет, я жаждала. Улыбнулась уголком рта. Примешь вызов? Еще шаг. Ну же. Иди ко мне. Черт! Не помогает.
– Или найти того, кто мне даст то, что я хочу?
Рик зло зарычал и исчез из виду.
– Не смей думать о том, чтобы найти другого! Не смей говорить или думать ни о ком, кроме меня!
– Как скажешь, – промурлыкала я и выгнулась ему навстречу.
В черных глазах мелькнуло понимание.
– Ты, маленькая… – Он осекся, стиснул зубы.
Я мягко улыбнулась.
– Зато вся твоя. И маленькая очень хочет, чтобы ты обошелся с ней совсем неласково.