Я застонала, глядя в серо-желтые глаза.
– Долго еще будут пытаться влиять на тебя через меня?
Он пожал плечами, по-мальчишески улыбнулся.
– А мне нравится наблюдать, как ты безжалостно убиваешь всякие надежды.
Я вздохнула и вспомнила о недавнем звонке.
– Рик.
– Да, маленькая? – Он не спеша покинул машину, обошел ее, помог выбраться огромной мне.
Я оказалась в его объятиях. Как умудряется?
– Чувствую себя дирижаблем или бегемотом, – недовольно буркнула я себе под нос. Настроение резко испортилось. – И ненавижу вот эту фигню с психикой.
Он честно постарался сделать серьезное лицо. Я сморщила нос на его попытку, чем вызвала новый приступ смеха, уткнулся лбом в мою макушку.
– Ты это мне хотела рассказать?
– Нет, – вспомнила я изначальную свою мысль. – Ты не позволишь Мэл вернуться?
Рик отрицательно покачал головой. Повел меня по дорожке к входу, отдав ключи от машины молодому парню в глупом пиджаке.
– После того, что она устроила, сражаясь за власть? Нет."
"Я вспомнила трупы женщин, меня слегка передернуло. Пожала плечами и вслед за мужем вошла в людный зал…
Сквозь сон почувствовала небольшую тянущую боль в животе. Недовольно застонала и пошевелила ногами. Опять дурацкие дни! Стоп. Я резко распахнула глаза. Какие дни? Я ж беременная! Прислушалась к ощущениям. Точно. Вновь болезненно потянуло.
– Рик! – взвизгнула я и тут же оказалась на его руках.
– Что, маленькая?
– По-моему, мне надо в больницу. Я боюсь! – Совсем небесстрашное восклицание. Знаю, но отчего-то других эмоций не находилось. – Ты ведь будешь со мной?
Зря я его об этом попросила. Ой зря! Так врача и акушерок, наверное, не пугали еще никогда. Вид мучающейся под лекарствами меня определенно не способствовал его самоконтролю. Замутненное сознание с трудом переваривало происходящее. Проваливаясь в небытие и выплывая из него, я периодически ловила взгляд напуганных сердитых серо-черных глаз.
– Хороший мой, все нормально.
Только фраза эта, похоже, имела совершенно обратный эффект. Меня спасла Анжелочка, оперативно прибывшая на место и угомонившая молчаливую смертельную угрозу в виде моего мужа, черной тенью нависшего над персоналом. Бессмертная бабушка вообще оказалась замечательной родственницей.