И Итану с трудом удавалось удерживать вторую ипостась внутри.
Он ощущал себя одновременно взбудораженным и глупым. Потому что, взрослому оборотню не пристало вот так носится, словно он щенок-подросток. Но этот запах…
И откуда он только взялся? В Академии, где из женщин, только несколько кухонных рабочих и те в относительно преклонном возрасте. Других и не брали. Так как считалось, что адепты должны концентрировать свое внимание исключительно на занятиях.
Для разрядки тела существовали выходные и близлижайшая столица, предлагавшая все подобные услуги.
Едва сдерживая шаг, он вышел в холл, где несколько магов проходили мимо. Итан следовал за тонким ароматом, осознавая, что чувствует его только он один. Но это определенно был запах женщины.
И именно этот запах привел его к двери туалетной комнаты, из которой как раз вышел молодой адепт, руки которого пахли мылом и свежестью.
«Как у Оливера!» — подумалось ему.
И почему он не узнал у Канингема, кто был рядом с ним? Возможно…
Нет. Невозможно. В Академии учатся только мужчины.
"Но ведь запах был и есть? Он кружит в воздухе, такой тонкий, такой вкусный, такой манящий. Уж не сбилось ли его обоняние? Будь Итан чистокровным оборотнем, он бы и не подумал сомневаться. Но, с другой стороны, прежде нюх его звериной ипостаси никогда не подводил. И все же, подойдя к адепту, остановив его почти у самой двери в туалетную комнату, он зачем-то спросил, указав рукой приблизительный рост того темноволосого адепта.
— Не видели адепта вот такого роста с темными волосами? — и при этом ощутил себя последним дураком. Но ученик взглянул на него, запоздало поклонился, признав преподавателя, и только потом, почти не думая, ответил:
— Да. Вроде там был такой, господин профессор!
Сердце отчего-то ударилось в груди. В спину толкнула невидимая рука, побуждая войти в чертову туалетную комнату и наконец понять, что же произошло. Разобраться до конца, успокоить зверя.