А я заставлю! (СИ)

Ого… это должно быть очень тяжело — потерять то, что единственно важно в жизни.

— Мне очень жаль, — протягиваю руку и сжимаю его холодные пальцы. — Но… почему вы считаете Льва плохим покупателем?

— Плохим… он худший. Но платит больше всех. За те деньги, что он даёт я смогу выплатить свои долги и оплатить неустойку людям, что всю жизнь посвятили фабрике.

— Тогда почему он худший?

Ничего не могу понять.

— Да потому что фабрика ему не нужна. Ему нужна земля. Уже пятнадцать лет как там стоит завод его компании.

Огромная махина, с которой мне не тягаться. Он хочет сделать его еще больше. Снести мою фабрику, и использовать землю для расширения.

Его пальцы вздрагивают. Он резко отбирает их у меня и крепче впивается в свою сумку. По тому, как его взгляд стекленеет я могу догадаться, что эта мысль приводит его в ужас.

— Если бы у меня была возможность вложиться в рекламу, нанять этих ваших современных блогеров, или как там их, заказов бы стало больше. Мои работники не потеряли бы место и зарплату.

А знаешь, как важна постоянная зарплата в жизни? Они ведь уже не молодые. Молодые ко мне работать не идут. Не перспективно. А мужики мои верные, до последнего со мной. Потому что всем жить как-то надо. У одного внук болеет, нужна материальная поддержка, у другого жена уже здоровьем не сильна. И вот как мне им в глаза смотреть, когда у меня выхода другого нет?

В сильных, гордых глазах мерцает отчаяние, так сильно трогающее меня изнутри. Грудь сдавливает от несправедливости.

Вот как так? Человек, искренне любящий своё дело и людей, которые на него работают вынужден идти против системы только потому, что у него не хватает средств на раскрутку.

Очень жаль его, и безумно обидно…

— Может… поговорить со Львом? Предложить какие-то варианты? Мне кажется, он может пойти на уступку, — размышляю вслух.

Ну не должен он проигнорировать такую ситуацию.

— Он не знает такого слова — уступка, — голос мужчины пропитывается льдом, — я ему предлагал слияние. Да, ему от него толку мало.

Но мы могли бы что-то придумать. Внести душу в его конвеерную мебель. Добавить индивидуальности. Я хоть и старик уже, но ты не думай. Бизнес вести умею. Даже дом ему свой предлагал в заставу. Он носом крутит. Зачем ему такие мелочи, если увеличив свой завод, он вдвое, а то и втрое повысит продажи⁈

Опускаю взгляд, не зная что ответить. С точки бизнеса всё, конечно, так, но этому до глубины души любящему своё дело человеку от этого не легче.