Он знал, что это ловушка, а ловцы не догадывались о его чутье и нюхе зверя. Гера пришел раньше, забравшись на двенадцатый этаж недостроенного дома, и теперь в проем окна наблюдал за всем, что творится внизу. Сначала к забору подъехала одна машина, почти сразу - другая. Вишневая ""тойота"" принадлежала Коржу, из неё выбрался усатый шофер с кирпичной мордой. Сам Корж опустил стекло, но остался в салоне. Из ""ауди"" вышли трое, среди них Гнилой, поддерживающий рукой брюхо. Приблизившись к ""тойоте"", они стали о чем-то переговариваться.
Гера презрительно сплюнул на цементный пол. Многовато на меня одного, подумал он. И могила готова - целый котлован выкопан. Щелчком отбросив окурок, он сжал рукоятку пистолета. Как не крути, а встречи не избежать. Если сейчас спрятаться, потом они его все равно достанут. Затягивать агонию только хуже. Или - или.
Совещавшиеся внизу разделились на две группы: Гнилой со своими ребятами пошли вдоль забора, Корж и Усатый направились к котловану. Затем Усатый отстал, спрятавшись возле бытовки.
Стрелки часов показывали начало восьмого. Ну что же, пора приступать к лечебным процедурам.
Пока Корж бродил вдоль котлована и нетерпеливо посматривал вокруг, Гера спустился на несколько этажей вниз, осторожно выглянул из окна. У входа в подъезд, прямо под ним, стоял человек, переминаясь с ноги на ногу.
- Сейчас, родненький, - прошептал Гера, подтягивая к окну пару кирпичей. - Только не двигайся.
Но мишень и так вела себя идеально, словно на полигоне. Оба кирпича Гера бросил одновременно, с левой и правой рук; один угодил в ключицу, другой - прямо в голову.