– Так что, Лили Понс тут и похоронена?
– Да. Хотя все местные сильно удивились.
– Чему? Что ее не повезли хоронить в Париж?
– Нет, что она вообще умерла. Она веселушка была, день-деньской патефон гремел в комнатах. Помню, как она приехала в Поршер с вещами, так целый автомобиль был забит ее шляпками и юбками. Она потом несколько старых платьев отдала горничной Мари. Та моей жене племянница, – пояснил шофер, – но после этого Мари так загордилась, нос стала задирать…
– Мари, значит? А по фамилии?
– Мари Флато. А на что она тебе?
– Она до сих пор живет в деревне? Можно ее увидеть?
– Не, она давно от нас уехала.
– А сколько вообще людей тогда было в замке?
– Я ж их не считал… Много. – Шофер хохотнул. – Как они тогда все оттуда дунули…
– Когда?
– Ну, когда она покончила с собой. Мне Жюльен рассказывал, он, значит, там садовником работал и помогал вещи грузить, потому что слуги с ног сбивались.
– А Жюльена этого можно сейчас найти?
– Конечно. Он мой сосед.
– Я в Ницце встречал одного мужика, Рошара. Он говорил, что когда-то был в замке дворецким… Это правда?
– Был, был! – радостно осклабился шофер. – Значит, он и Савини в Ниццу переехали? А мы-то ломали голову, куда они делись. Они же уволились через несколько месяцев и уехали…
– Скажи, а вообще много в замке было слуг?"
"– При старых хозяевах их было порядочно, но сам понимаешь, когда началась война… Так что слуг осталось не шибко много.
– Значит, всего получается пять слуг? Действительно маловато… А как звали шофера, не помнишь?
– Ашиль. Ашиль Герен, во как.
– Я читал, что в замке находились раненые. Это правда?
– Да, были несколько бедолаг, которых привезли сюда из тылового госпиталя. Мадам Понс, наверное, хотела сделать доброе дело, но ничего из этого не получилось. Да она и не заходила к раненым, их навещал только доктор.
– Что за доктор?
– Доктор Анрио. Он жил тогда в замке и присматривал за ранеными.
– Где его можно сейчас найти?
– Понятия не имею. Он не местный.