Вся энергия, которую оно копило годами, может быть, десятилетиями, перетекла ко мне одним мощным импульсом.
Не останавливаясь, метнулся к следующей жертве. Потом к третьей. Руки двигались сами, тело помнило движения из тысяч схваток. Пронзать Гарпуном, высасывать, отбрасывать пустую оболочку. Механический, почти автоматический процесс.
Три крупные пиявки дали энергии больше, чем предыдущие шестьдесят мелких. Качество против количества, извечная дилемма. В данном случае качество определённо выигрывало.
«Ещё порция!» Я отправлял энергию Капле непрерывным потоком.
«Ого! Светятся! Уже четыре полных! Остальные наполняются! Капля молодец! Капля хорошо работает!»
«Умница. Продолжай. Это только начало».
Оставшиеся пиявки отступили ещё дальше. Теперь между нами было метров семь, не меньше. Их поведение изменилось кардинально. Больше никакой самоуверенности, никакого превосходства. Теперь они понимали простую истину.
Они столкнулись не с жертвой. Они столкнулись с другим хищником. Причём хищником более опасным, чем они сами.
"* * *Новая атака началась без предупреждения, и она была совершенно иного рода.
Пиявки перестроились. Быстро, слаженно, словно выполняли отрепетированный манёвр. За секунды хаотично кружащий рой превратился в идеально выверенную геометрическую фигуру. Они выстроились полусферой вокруг меня, и в этом построении была какая-то зловещая красота.
Потом они начали пульсировать.
Я почувствовал вибрацию раньше, чем услышал звук. Вода вокруг меня задрожала, как желе на столе, по которому барабанят пальцами.
А потом меня ударило.
Резкий ультразвуковой визг пронзил всё тело одновременно. Это было не просто громко. Это было физически больно. Звук в воде распространяется в четыре раза быстрее, чем в воздухе, и бьёт несравнимо сильнее. Каждая клетка моего тела отозвалась на эту атаку болью.
Мышцы свело судорогой. Все сразу, от пальцев ног до мышц лица. Диафрагма сжалась легкие перестали слушаться. Хорошо, что как маг воды я не нуждался в воздухе, извлекая кислород прямо из жидкости.
Пиявки усилили вибрацию. Визг стал выше, пронзительнее. Мир закружился, хотя я висел неподвижно в воде. Вестибулярный аппарат сошёл с ума от вибраций. Верх стал низом, лево правом, а потом всё смешалось в бессмысленную карусель.
Они начали медленно приближаться. Чувствовали мою беспомощность, видели, как судороги выкручивают моё тело. Осторожно, готовые отскочить при малейшей опасности, но уверенно.