Видимо, мне ввели наркотик, который начал действовать.
Том подошел ко мне.
– Покажи себя, – велел он, указывая на кресло.
Я забралась, широко расставила ноги, которые закрепили фиксаторами.
Том подключил меня к компьютерному оборудованию. В верхнем углу застекленной площадки располагалась камера, снимавшая все происходящее.
Я знала, что Абрамян запросил видео с моим участием. От него зависело финансирование этой лаборатории.
Но прежде, Том решил сказать речь:
– Как вы знаете, мы ведем секретную работу для того, чтобы добиться контроля над человечеством, волей и памятью людей.
Том достал большую толстую красную свечу, зажег ее, наклонился ко мне и сказал:
– Алиса, ты не чувствуешь боли!
Боли я действительно почти не чувствовала, пока Том поливал меня расплавленным воском и прижигал свечой голое тело.
Том прокомментировал сотрудникам:
– Я внедрился в ее подсознание и внушил установку на отсутствие боли. С помощью подобных установок мы можем программировать людей и делать с ними все, что захотим: манипулировать их поступками и убеждениями, заставлять выполнять любые наши приказания, можем полностью подчинить человека.
Том указал на меня и продолжил:
– Не стесняйтесь делать все что угодно с этой подопытной. Ей скоро тридцать, она все равно пойдет в расход, съемка уже согласована. Но сначала, прежде чем вы удовлетворите ваше любопытство, мы должны выполнить извращенный интеллектуальный запрос лидера их общины.
Я слышала что-то страшное про СНАФФ – это съемки реального убийства, – но мой мозг затуманен, никаких эмоций и мыслей.
Том повернулся к подошедшему помощнику и сказал:
– Ты будешь редактировать видеозапись, которая делается для Абрамяна, а я поработаю с ней.
Стеклянная пробирка с живой ящерицей была вставлена в мое влагалище. Камеру сфокусировали на моем интимном месте, ноги были раздвинуты как во время родов."
"– А теперь рождение Ящера, зачатого от Абрамяна, – сказал Том, резко щелкнул резиновой перчаткой и сделал вид, что проводит гинекологический осмотр.