Я всегда хотел попробовать поносить такую шапку, просто чтобы убедиться, что она действительно держит ваши уши в комфорте и тепле. Или, может быть, она просто заставляет вас выглядеть глупо. Тогда я мог бы надеть её задом наперёд, как Холден Колфилд, и называть моей охотничьей шапкой.
– Привет, Фрэнки, – Майки встречает меня с улыбкой, будто для него это обычное дело, что я захожу к нему по утрам. – Классно, что идёт снег, да?
Я киваю. Моё тело замерзло, но лицо горит от удовольствия просто быть здесь, в идеальном доме Майки и с возможностью того, что комната Джерарда совсем рядом.
– Подожди минутку, пока я соберусь, а потом мы сможем пойти в школу вместе, хорошо? – говорит он.
– Хорошо, – отвечаю я, и делаю шаг внутрь его тёплого дома. Майки исчезает в коридоре, а я сажусь на диван, рассматривая картину, на которой может быть изображена либо одна реально гибкая женщина, либо двое очень женственных мужчин. Пока я пытаюсь выяснить это, я так же стараюсь быть тихим и слежу за коридором.
Я был без сознания, когда Джерард принёс меня в свою комнату, и оглядел там всё очень кратко, прежде чем он потащил меня в больницу. И простите меня, если я ошибаюсь, но это должна быть комната Джерарда с Джерардом внутри.
Из-за этого я ничего не могу с собой поделать, бросаю картину (на которой как я понял, фактически были трое голых мужчин в лодке) и крадусь мимо комнаты Майки к той, которая, я уверен, должна принадлежать Джерарду. Моё сердце колотится, когда я стою перед его дверью и изучаю, что он нарисовал на ней. Она выглядит, как ночное небо. Я впечатлён ещё больше, чем раньше. В этом парне есть хоть что-то плохое?
Спустя какое-то время, я толкаю дверь.