Север прищурил раздраженные дымом глаза и надолго задумался.
– Сколько у тебя человек? – неожиданно спросил он.
– Пятьдесят соберу за час. – Баркас не удивился вопросу. – Если есть день на подготовку, еще найду тридцатьсорок. Но главное в другом – очень много людей, которые работают на Шамана, против меня никогда не пойдут!
– Это еще вопрос... – пробурчал Север.
– Никогда не пойдут! – убежденно повторил Баркас.
Снова наступила длительная пауза.
– Ладно, давай попробуем, – наконец сказал Север. – Пожалуй, так будет лучше!
По приказу Баркаса шустрый официант принес еще водки.
– Да, вот еще что, – сказал напоследок Север. – У ментов есть пистолет, тэтэшник, из которого стреляли в председателя банка да в «Погребке» людей побили. На нем пальцы одного дебила по кличке Рында. Слыхал?
Баркас кивнул.
– За ним целый хвост всякого, – продолжил Север: – Розыск объявили, рано или поздно найдут. Тогда он «запоет».
– Не должен.
– Мало ли что не должен. Мой тебе совет: избавься от него. Чем быстрей, тем лучше.
Баркас думал недолго. Север мог не говорить того, что сказал. Это жест доверия и заботы о партнере.
– Хорошо, спасибо.
Они дружески пожали друг другу руки.
Судьба Рынды была предрешена.
* * *
Крепкие, строго одетые мальчики, охраняющие вход в казино «Пиковая дама», вытянулись в струнку, когда швейцар распахнул зеркальную дверь, выпуская дородного седовласого мужчину, сопровождаемого двумя телохранителями.
Озабоченно взглянув на часы, Король сбежал по ступенькам и погрузился в объемистый салон новенького джипа «чероки». Назревало открытое столкновение Креста и Черномора, надо было окончательно определиться: на чью сторону стать."
"Чутье подсказывало, что зоновский авторитет возьмет верх. Отец слишком привык к спокойной размеренной жизни и вряд ли способен на решительные поступки. Ведь не сделал укорот Шаману, дал вырасти, укрепиться... Крест правильно сказал: о своем благе думает больше, чем о делах братвы.
Джип мчался к дому, где Короля ожидал обед: чанахи в керамическом горшочке – сочное, тушенное с картошкой и овощами мясо. Вспомнив о любимом блюде, Король отвлекся от мрачных размышлений, но тут же раздосадованно крякнул.