Ты мастурбируешь? Как часто и что тебя заводит? Что ты представляешь, когда ласкаешь себя?
Ой, мамочки, я должна отвечать на эти вопросы.
— Я не…
— Не нужно лгать, детка. Не поверю, что ты этого не делала. Это естественно.
Молчу, пряча смущение за глотком вина. Лицо начинает гореть от стыда, а живот предательски обжигает горячей волной.
— Я правильно понимаю, что ты выбираешь действие? — делает последнюю глубокую затяжку и вышвыривает окурок в окно.
— Да, — тихо отвечаю я, прикрывая глаза.
Мужчина усмехается, снова располагаясь в кресле.
— Иди сюда, детка, — хлопает по своим коленям. — Дальше ты будешь играть у меня на коленях.
Задерживаю дыхание. Я уже это делала, но все равно волнительно. Ой, мамочка, это такое знакомое чувство. Когда любая близость с парнем сладко волнует. Только то были парни, а это взрослый мужчина, хищник, и волнение зашкаливает.
— Бери свой бокал и иди ко мне, — манит пальцем, и я иду, сжимая тонкое стекло бокала. Сажусь на мужчину сверху, лицом к лицу, упираясь коленями в кресло. — Вот так, — обхватывает бедра, дёргает на себя, вжимая. — Твой ход, детка, — отбирает у меня бокал и делает из него глоток, смотря в глаза. Его запах еще больше кружит голову, а его близость лишает воли.
— Зачем ты это делаешь?
— Что именно? — поглаживает мое бедро, скользя по ноге к коленке и назад, немного забирается под шортики и снова скользит вниз.
— Прикасаешься ко мне, целуешь, ласкаешь, задаешь вопросы… — закусываю губы, когда его наглые пальцы забираются под шорты глубже, поглаживая попу.
— По-моему это очевидно. Я хочу тебя, детка. Есть в тебе что-то манящее, то, что хочется распробовать. Очень хочется… — его голос становится ниже, начиная вибрировать. Чувствую, как между ног упирается его желание. Глеб делает еще один глоток из моего бокала и тянется к моим губам. Целует, вливая в мой рот алкоголь, тут же углубляя поцелуй, сплетая наши языки, лишая дыхания, разума и здравого смысла.
Слышу, как бокал падает на пол, разбиваясь со звоном вдребезги, но мужчина не позволяет мне отстраниться, зарывается в волосы, сжимая их на затылке, фиксируя на месте, бесконечно долго целуя. Это так сладко, остро, на грани чего-то сумасшедшего. Мне на все плевать, пусть берет все, что хочет.