— Наталья Семеновна, что за запах? У нас праздник?
— Конечно! Завтра же Пасха, Андрей Александрович! Сейчас буду смазывать куличи.
Куличи? Пасха? Уже? Андрей почувствовал, дрожь, пробежавшую вдоль позвоночника. У него было так много времени, и вот его практически не осталось. А ведь главная проблема так и не решена.
Прикрыл глаза. Опять ничего не смог сделать. Неужели никогда не сможет порвать с Никой? Даже если случится чудо, и она родит на неделе, ее нельзя будет тревожить, ей еще кормить ребенка. Но ведь это важно!
Чудо случилось, но не то, которого он ждал.
Но попасть к Нике получилось лишь в среду вечером, потому что в роддоме был какой-то карантин.
Завязавшийся у них разговор, был, можно сказать, ни о чем. Ника спрашивала, как он проводит время, потом мельком спросила, не узнал ли чего о Тане. Создавалось странное впечатление, будто она его проверяет. Или пытается прощупать почву для чего-то.
Если честно, Андрей несказанно удивлен ее поведением. Девушка стала заметно спокойнее. Не истерила и не лила слезы без остановки. Со стороны казалось, что у нее все хорошо и не было никаких проблем.
Им разрешили погулять, погода прекрасная.
Видя, что Ника вполне адекватная и бодрая, он решился. Но стоило пройти несколько шагов, Ника почувствовала неприятные ощущения в животе.
— Не успела. Хотела с тобой поговорить о наших отношениях. Все так неправильно. Ох! Андрюш, прости, давай потом. Кажется, началось. Отведи меня назад, сама не дойду. Позвони маме, скажи, что рожаю. Пожалуйста, не уезжай из города, пока не поговорим. Через день или два, приходи. Я позвоню. Прости меня.
Андрей запаниковал, но взял себя в руки. Роды? Начались? Схватил ее под руку и повел назад. Всю дорогу успокаивал, говорил, что никуда не уедет, чтоб не переживала о нем и думала сейчас только о ребенке.
Просидел на лавочке до тех пор, пока та же акушерка не сообщила, что он стал отцом девочки весом 3200 и ростом 50 сантиметров.
— С мамочкой и ребеночком все хорошо. Обе чувствуют себя хорошо.
— Спасибо.