торого, если все пойдет по плану Фахда, ей придется рано или поздно стать… Рада ли она? Сложно было сказать… Несомненно, страсть к Фахду, долгое время подавляемая в ее голове надуманными чувствами по отношению к Анвару, была очень сильной… Ради нее она была готова на перемены в своей жизни… Но вот сама страна, сам город… Пока они были чужими… Эти широкие ухоженные, но какие– то безжизненные улицы не вызывали никаких эмоций кроме тоски по любимой красивой Сирии, утопающей в зелени… Еще пророк Мухаммад назвал Дамаск изумрудным глазом в море песка, намекая на его расположение в центре оазиса Гута… В голове набатом отбивали слова Мааба о том, насколько жители залива отличаются от них… От нее… Как ей ужиться с новым менталитетом? Да и примут ли ее? Какая роль ей будет отведена? Еще вчера в ней бурлило столько амбиций, даже несмотря на депрессию из– за истории с Мадлен и Анваром, а сегодня она сама едва понимала, что ждет ее дальше и на что она может рассчитывать…"
"Девушка сразу узнала помпезный белоснежный дворец шейха Макдиси… Она была здесь пару раз с семьей еще девочкой и даже предположить не могла в самых смелых, сумасшедших фантазиях, что будет теперь въезжать в его ворота в составе кортежа короля, словно пленница, не имеющая отныне права голоса.
– По законам Эмиратов, все дети, родившиеся от гражданина этой страны, принадлежат ему.
– Думаю, нет смысла спрашивать, что это все далеко не только дети от одной законной жены твоего отца, – горько усмехнулась Амаль, она знала, что у Шерифа была не одна, а целых три официальные жены.