Вы, возможно, даже о них где-то слышали, — подтвердил наш начальник, — Это известные апокрифы: «Рафли», «Шестокрыл», «Волховник», «Чаровник» и «Громовик», — загибал он по очереди свои толстые, как сардельки, пальцы свободной от стакана руки, — Вообще-то, строго говоря, различных «отречённых» книг было гораздо больше, но нас интересуют только эти пять, — Ну, что, не знакомо?
— Говорящие названия, — вставила Вика.
— Нет, что-то не припоминаю, — честно сознался я, — Но у меня и специализация была несколько другая… Но, это лишь названия.
— Да, дошли, — кивнул Фёдор, — К сожалению, кроме «Чаровника». Это — самая загадочная и таинственная из всех «отречённых» книг. Она не сохранилась. До наших дней дошли лишь упоминания о ней и самое общее описание того, что там написано. И то — с чужих слов. Однако, самого же текста нет. Некоторые учёные склонны считать, что такой книги и вовсе не было. Но мы не разделяем это мнение. Она точно была, мы в этом уверены.
— Послушай, а откуда вообще такая уверенность?
— Мы это проверили, — Фёдор сразу замахал руками, предвосхищая мой следующий вопрос, — И не спрашивай каким образом.
"В этот момент дверь в гостиную резко распахнулась.
— Слушай, Фёдор, ты Лопаткину не видел? — буднично спросил «афинянин», обращаясь к Железкову.
— Нет, а что? — пропыхтел тот из глубин своего кресла, не выказывая ни малейшего удивления.
— Да, она никак на звонок не отвечает, — пояснил внезапный гость, — У нас сроки подготовки поджимают, а благовонных масел всё нет. А она обещала привезти ещё вчера…
— Сейчас ей не до того. Сам знаешь, что внизу случилось… Все сейчас там, на аврале.