Щаул в потайном кармашке сапога, а Огнерожденная осталась на боевом поясе. А пояс… под кольчугой, кажется. А кольчуга, в свою очередь, под ворохом одежды.
Сергей чуть повернул голову, скосил глаза.
Так, одежда на месте. Вон шелковые исподние штаны, а поверх них белеет рубаха, которую ему вчера выдал Пиперат.
Одежда, доспехи, боевой пояс в самом низу. Сабля — при нем.
Сергей мысленно как можно подробнее структурировал, где, что и под чем лежит. Зрительная память не подвела. Он четко представил, где находится рукоять сабли.
…Сергей упал на ковер. Совсем не там, где планировал. Зато чудом избежал смерти. Удар, который должен был поразить двоих, достался только Юлии. Сергей услышал звук, с которым хорошо заточенная сталь рассекает человеческую плоть. Вскрика не было, только негромкий булькающий сип разрубленного горла.
Убийца спрыгнул с кровати на пол.
Хорошо так спрыгнул. Мягко, беззвучно. Сергей попятился.
— Что, варвар, понравилась тебе моя жена?
Ромей. Ну да. Что тут удивительного? Ромей в Византии. Вот это, значит, кто пришел. Нифонт. Супруг. Вернее, уже вдовец. Командир красного дромона. Что ж тебе на палубе не сиделось, наварх?
— Твоя жена? — по-ромейски произнес Сергей. — Что ж, теперь ты не женат.
— Я ее любил, — ромей сделал шаг вперед. Сергей, соответственно, назад. Держа дистанцию. Он понимал, что шансов у него немного.
— А она тебя нет.
— Блудливая кошка!
— Была, — уточнил Сергей.
— Была, — согласился ромей.
Света было достаточно, чтобы Сергей оценил противника. Оценка не порадовала. Мастер.
— Я не брал ее силой, — сказал Сергей, отступая еще на шаг. — Я не беру женщин, которые меня не хотят.
— Редкость для варвара. Как и твой ромейский выговор.
Голос спокойный. И это тоже не радует. Либо соврал насчет «любил», либо безупречный контроль.
— Мой ромейский что-то меняет? Для нас?
Теперь понятно, почему пропал меч. Но о сабле ромей мог и не знать. Визуально ее не обнаружить. Сергей сместился вправо. Ромей тоже.
Сергей медленно толкнул ногой ворох одежды. «Позаботился» ли ромей о сабле?
Они с навархом будто связаны невидимой нитью. Той, что всегда соединяет опытных бойцов. Один сдвинется, потянет, другой тут же почувствует. Сейчас длину этой нити определял ромей.