— Не переживай, у тебя будет хорошее жалованье, это я тебе обещаю, — я погладила ее по мягким волосам. — Мне рассказали, что ты кое-что слышала, Олина…
— Да, — девушка кивнула. — Если надо, я подтвержу свои слова даже в суде.
— Это хорошо, я очень благодарна тебе за смелость, — мягко сказала я и посмотрела на Сидни. — Если хотите, можете остаться вместе с дочерью.
— Это было бы чудесно! — женщина так обрадовалась, что я заметила, как дрожат ее руки. — Ох, я совсем не жалею, что обратилась к вам за помощью!
— Тогда пойдемте на кухню.
Оставив Сидни и Олину на попечении тетушки Лонджины, я вернулась в кабинет, желая выяснить все раз и навсегда.
Отец сидел на диване с задумчивым лицом, и когда я вошла, медленно поднялся, будто на его плечах лежал тяжелый груз, хотя, возможно, оно так и было.
— Не вставайте, — я прошла мимо него и села в свое кресло.
— Да, конечно, — ответил он, снова присаживаясь. — Но я не сбегал, Астрид, я отправился в город, чтобы поговорить с Агнаром Виком и попросить его не требовать с тебя моих долгов. Я даже просил его взять меня на работу, чтобы у меня была возможность отработать хотя бы те деньги, которые взял в долг. Но он отказал мне.
Говорил он красиво, но я не спешила верить ему, помня, как барон вел себя до этого.
— Какие у вас отношения с Сидни? — спросила я, чтобы услышать его версию и отец сразу же преобразился, в его глазах появился свет, а лицо разгладилось.
— Мне очень дорога эта женщина, Астрид. Пусть Сидни обычная служанка, но она столько сделала для меня… Ты не поверишь, но она терпела все — мои пьянки, приступы ярости и злобы… Она успокаивала меня, и только с Сидни я чувствовал себя нормальным человеком. Игра погубила меня, превратила в монстра… Увы.
— Надеюсь, это искреннее раскаяние, — задумчиво произнесла я, не спеша слепо доверять таким вот признаниям. — И какие ваши планы?
— Если ты не против, я останусь, и буду помогать тебе по дому. Сидни рядом, а больше мне ничего не надо, — ответил барон, отводя глаза. — Прости меня. Я действительно хотел помочь, решив поговорить с Агнаром Виком, но если бы ты узнала о моих намерениях, то не позволила бы этого сделать.