Я бы вспорола ему брюхо и скормила выродку собственную печень. Нарезать тонкими слайсами и всовывать в мерзкую пасть, чтобы он её жрал. Жрал и знал, что подыхает. Понимал, что ест собственную плоть.
Ланна косится в её сторону, а потом ухмыляется, кивая на периметр.
— Подумай о другом. Там, в городе, ещё немало выблядков. Некоторые куда хуже, чем наш директор.
Качнув головой, прерываю их милое общение.
— У полиции должны быть ""глушилки"". Они не применяют их на территории центра, но как только выйдем наружу, ударят всем, что есть.
Ланна подступает ближе, заглядывая мне в глаза. Чувствую, её запах. Кровь, пот и что-то ещё — не могу разобрать оттенок аромата.
— Ты же допрашивал этих тварей. Спрашивал их о Центральном. Каком-то ""управляющем"", что рулит всем нашим округом. Я так понимаю, это именно он не даёт полиции вырубить тут всех. И не пускает их сюда. Раз так, с чего ты взял, что он на этом остановится?
— Всё не настолько очевидно. Я даже не знаю, почему он вообще решил нам помочь.
Девушка кривит губы в усмешке.
— Но и доказательств обратного у тебя нет. Оставаться здесь, мы всё равно не хотим. По крайней мере, многие из нас.
Увидев выражением моего лица, добавляет.
— Мы всё равно пойдём. Вместе с вами или отдельно от вас — тебе на не остановить.
Судя по всему, настроена она решительно. Как и добрая половина собравшихся. Ладно. Если они всё равно планируют сунуться к периметру, задействуем эту банду с максимальной эффективностью.
— Хорошо. Я покажу, где хранится оружие и экипировка охраны. На всех не хватит, но человек пятнадцать вооружить точно выйдет. Плюс, тут должна храниться одежда персонала, верно? Вам всем нужна обувь и что-то для прикрытия тела. С голыми сиськами ты на асфальте не заляжешь и позицию не займёшь.
На секунду замолчав, продолжаю.
— Условие всего одно. Строгое выполнение приказов. Без самодеятельности.
На это, они само собой, соглашаются.
Сборы отряда занимают ещё минут десять. Самые везучие одеваются в экипировку охраны.