Я забрался на больничную койку, почувствовав себя насквозь промокшей под дождём мышью. Пот струился даже в таких местах, о которых говорить не принято.
— Но князь, увиденная на месте картина противоречит… — взялся за свою работу «клещ».
— Господин Эраго, вам шашечки или ехать? — вспылили я.
— Что простите? — не понял полковник моей идиомы. Да я и сам сходу не смог бы ему объяснить смысл сказанного.
— Забудьте. Говорю, что некоторой информацией я поделюсь исключительно с наследником престола, а он уже сам решит, как ей распорядиться.
Полковник ушёл, но обещал вернуться после разговора с принцем. У меня же появилось время разобраться со своими подселенцами. И начал я с горга и Войда.
Если горг ещё хоть как-то себя проявлял, то Войда я не слышал с момента спецоперации по спасению Ани Белово, и меня это тревожило.
Вся устроенная мною бойня в особняке торжковского настоятеля меркла перед масштабами увиденного на Алаиде. Хотя если задуматься, то человеческих жизней я забрал накануне гораздо больше, чем пустотник.
— Войд! — позвал я свою астральную сущность, но ответом мне была тишина.
Ну не мог же пустотник в самом деле лишить меня Войда и пустотной магии заодно?
Проверяя себя, я создал одинокую пустотную иглу. Она возникла перед глазами, переливаясь иссиня-черными бликами, чем меня неимоверно порадовала. Но где же тогда Войд?
Тем временем день близился к концу, я спал, ел и слушал колыбельные Юмэ.
— Кто-нибудь объяснит мне, что у вас с лицами? Кого хороним? Вроде бы мы с княгиней живы, а остальное — дело наживное, — попытался пошутить я, но Лемонс и Эльза моего веселья не разделяли.
— У тебя отмирают энергоканалы, — наконец решилась сообщить мне диагноз Эльза. — Мы никак не можем это замедлить или остановить.
Умирающим я себя не чувствовал. Пожеванным и выплюнутым по причине изрядной ядовитости — да. Умирающим — нет.
Я попробовал создать иллюзию бабочки. Не вышло.