Пока дамы были заняты высушиванием одежды, сняла шкуру с добычи и нарубила кусочками старым ножом. Огонь удалось разжечь с первого раза, а собранные под деревьями старые ветки весело затрещали, питая «доброе» пламя.
Удивительно, но вода в кастрюле закипела намного быстрее, чем в электрическом чайнике. Видимо, огонь на самом деле был особенным. Я ошпарила листочки крапивы и мелко их нарезала, кинула в кастрюлю их и куски добычи. По кухне распространился аппетитный аромат.
Первой прибежала девочка.
— А чем так вкусно пахнет?
— Супчик, — улыбнулась я и, попробовав варево, причмокнула.
— Да! — обрадовалась она.
Столовых приборов не нашлось, поэтому ребёнку пришлось хлебать бульон из чашки. За малышкой подтянулись и взрослые. Платья на них были почти сухими, но местами потемневшими, как от использования неисправного утюга.
— Где ты нашла рыбу? — принюхиваясь, ахнула вдова.
— Это же курица, — попробовав, заявила Элиза.
— А можно добавки? — попросила Мэйра.
И лишь пожилая леди ела молча.
Когда все насытились, я вызвалась помыть посуду. Собрала всё в огромный таз и направилась к купальне, где было полно воды.
И тут раздался дикий визг. Судя по тональности, похоже на Мэйру.
— Митькин берег, — обречённо вздохнула я. — Нашла-таки мусор, сирена Милосская!
Надо было закопать то, что осталось от добычи.
Что же сьели наши дамы? Есть версии?
Глава 11
Чтобы просушить дом, нам пришлось распахнуть все окна и двери. Сухое место для сна я нашла лишь на чердаке, но леди наотрез отказались там ложиться.
— Там, что? — в ужасе прошептала девочка. — Паутина⁈
— И не только, — поморщилась вдова. — Здесь чудовищно грязно!
— Внизу чисто, — устало парировала я. — Хотите, спите в луже, а я останусь здесь.
Всё тело ныло, будто его поколотили. Всё же этот день выдался невероятно насыщенным и, если бы мне не досталось юное тело, я бы точно откинула копыта. Впрочем, бедную девочку, что с горя выпила яд, и молодость не спасла.
«Глупышка, — тяжело вздохнула я.
Посмотрела на Мэйру:
— Ты хоть будь умницей! Подумай о ребёнке.
Женщина гордо развернулась и потащила засыпающую на ходу Лиору к лестнице. После моего ужина невестка долго пропадала в саду, со стороны которого слышались характерные звуки, и теперь со мной демонстративно не разговаривала.
Кроме неё, ни у кого на мой суп подобной реакции не было. Наоборот, леди порозовели, глазки заблестели и даже у вдовы настроение заметно улучшилось.