Наверняка я ничего не знал и выстраивал свою версию из имеющихся фактов.
Лицо Императора скривилось от гнева.
Ага, значит, я попал в точку…
— Да, Максим, ты прав. — Всеволод кое-как сумел справиться с эмоциями. — Когда Троекуров был моим советником, он занимался в том числе и вопросами обороны. В его ведении находился весь военный флот страны. Вполне возможно, что в его распоряжении остался доступ к некоторым кораблям.
— Ваше Величество, прошу прощения, что вмешиваюсь в разговор… — Цзян Вэнь следил за нашим разговором через ментальную связь.
Император поморщился. Было видно — вопрос ему неприятен. И больше всего ему не нравилось, что задал его именно Вэнь.
Времени прошло слишком мало. Всеволод ещё не успел забыть, что всего несколько месяцев назад генерал сражался совсем за другую сторону…
— Мы сделали всё возможное, чтобы лишить Тихона Вячеславовича всех средств воздействия.
— Тогда и волноваться нечего, верно? — Кыш до последнего надеялся на лучшее.
Всеволод помрачнел больше прежнего.
— Не совсем. Троекуров всегда думал на несколько ходов вперёд. Я сделал всё, что мог. Но не исключено, что у него остались собственные рычаги воздействия, о которых мне неизвестно.
Новость была неутешительной. Но и ничего удивительного в ней не было.
— Короче говоря, ему по силам натравить один из ваших военных кораблей прямо на порт. — Я подвёл итог.
— Всё верно.
— Ваше Величество, тогда у меня только один вопрос. Какой корабль сейчас находится к Циндао ближе остальных?
Всеволод прикрыл глаза. Полностью считать его действия было невозможно. Но благодаря установленной между нами драконьей связи я понимал, что именно он делает.
Как главное лицо страны, Его Величество обладал особыми полномочиями. На его энергетическую структуру были завязаны ключевые ресурсы Империи.
Военные базы, принадлежащие государству драконы, самолёты, подводные лодки, шахты с готовыми к запуску ракетами, боевые машины, готовые броситься в бой по его приказу…
Всё это находилось перед ним фактически на расстоянии вытянутой руки.
Я почувствовал что-то похожее на зависть.