Трепову было не только жаль потраченных усилий, но он искренне не понимал, что теперь делать дальше. Какую силу поставить во главу угла, чтобы она могла сыграть свою роль в нужное время.
И уже собираясь встать и уйти, он услышал знакомый голос. Негромкий, глухой, будто с ним беседовали через огромную трубу. Трепов редко радовался. Правду говорят, что в молодости и небо голубее, и деревья выше. Однако сейчас он испытал невероятную радость. Удалось!
— Слышу твой голос, Тимофей. Зачем ты связался со мной?
— Да, господин, здра… приветствую вас, господин, — взволнованно зачастил Тугарин.
Он все ждал, когда, наконец, он привыкнет к общению с первожрецом Нежизни, когда перестанет волноваться как мальчишка, однако сколько лет прошло, а этот момент так и не настал.
— Я не ощущаю вибраций твоего соратника Михаила. Он был хорошим рубежником. Сильным.
— Михаил мертв. Он встретил химеру.
— Я предупреждал, — показалось, будто собеседник разгневан, но лишь показалось. Разве что на мгновение голос Царя царей стал чуть громче, впрочем, затем вновь затих.
— Из-за этого я связался с вами, господин. Мне нужна помощь.
— Помощь? Чем я могу тебе помочь?
— Скоро ларь можно будет открыть. И я подготовлю все к тому времени — людей, боевые артефакты. Но мне нужна помощь.
— Ты могучий рубежник, Тимофей. Поэтому я обратил свой взор на тебя. Устрой войну между княжествами, очередной заговор. Сделай так, чтобы весь мир разгневался на того рубежника.
— Для войны слишком мало времени. Да и мне придется тогда бежать из Выборга. Заговоры — это все не то. Я готов к открытому противостоянию, когда настанет время. Мне просто нужны… вы, господин.
— Я?
Тугарин еще ни разу не сталкивался с тем, чтобы Царь царей удивлялся. Или воспроизводил нечто похожее на эмоцию, максимально близкую к удивлению.
— Ты готов пойти на Одержимость? — переспросил первожрец, довольно быстро догадавшись, о чем идет речь.
— Готов.
— И не боишься, что мне так понравится твое тело, что я решу остаться в нем? Это развяжет мне руки в твоем мире.
— Мое тело слишком старое, чтобы наслаждаться им. Сомневаюсь, что оно придется вам по вкусу. К тому же, нельзя находиться одновременно в двух мирах. Кто будет следить за паствой там, пока вы набираете новых приспешников здесь?
— Я смотрю, ты все предусмотрел.