Один здоровяк вырвал знак главной дороги (как у него это получилось?) и теперь пытался им, словно консервным ножом, вскрыть крышу ближайшей машины. Именно лязг его ударов я и услышал. Другой высунулся из люка «Бэхи» и резал себя руки чем-то острым, испуганно крича. Еще полная женщина, которую заблокировали фургоном, отчего та не смогла полностью выбраться, кидала в сторону дерущихся разными продуктами, попутно вытаскивая их из пакета.
Нет, реально бред какой-то. У них чего, ОСАГО ни у кого нет, что ли? Чего так завелись все?
Однако кроме всего увиденного, о необычности можно было догадаться по запаху.
Костяну повезло, они подъехали значительно позже, оказавшись всего в шести машинах от меня. Но что друг сделал совершенно верно — это заблокировался и позвонил мне. Остальное было заботами рубежника. Моими, в смысле.
Сколько надо людей, чтобы навести порядок в бушующей неразберихе? Как минимум несколько патрулей. Сколько надо рубежников, чтобы успокоить толпу? Хватит и одного ведуна. Надо лишь паркануть машину поближе к тротуару, а то потом не выберешься. Так, займемся делом…
Я выплескивал промысел постепенно, вместе с тем стараясь накрыть все пространство. Подчинить слабые отростки людей, чтобы они вплелись в мой большой и сильный хист. Ну, по сравнению с чужанскими, конечно.
Правда, радоваться пришлось недолго.
В чем одновременно минус и плюс ситуации, когда сталкиваешь с чужим хистом — ты сразу чувствуешь его обладателя.
Бедлам! Я подумал и тут же похолодел. Ведь прозвище проклятому дали не просто так.
Рехон, встретившись со мной взглядом, махнул рукой и скрылся из виду. И тут же «пятна» его хиста стали стягиваться, чтобы последовать за хозяином.