– И давно ты молчишь об этом? С самого начала?
– Нет. Правда нет! Я сама недавно узнала, кто их на самом деле нанял, и не могла сообразить, как тебе сказать.
– Отлично. – Брат взвесил в руке пустую кружку, точно прикидывая, как запустить ее в чью-то голову. – То есть если он прикажет, наши охранники просто заберут вещи и уйдут?
– Мне кажется, он так не прикажет.
– Тебе кажется, – медленно и раздельно произнес Фил, и я залилась краской.
Да какого рожна, это же я здесь старшая, а краснею и мнусь, как будто он имеет право меня отчитывать.
– А с чего бы он так расщедрился? – прищурился брат.
Ну что ж, придется договаривать. В конце концов, Фил уже догадался о многом.
– Мне кажется, он заподозрил, что в нашем трактире дела велись нечисто. – Не «кажется», а точно, может, и сейчас подозревает. – Помнишь, он с людьми останавливался у нас поесть, еще когда отец живой был?
Фил кивнул.
– И поэтому, когда я…
– Ева, – едва слышно поправил он меня.
– Я помню все так, словно это была я. Словом, он угрожал отправить меня в допросную.
Пальцы брата, вцепившиеся в кружку, побелели.
– А говорила, не тронул.
– В самом деле не тронул. Только пугал. Но угрозы подействовали, и я испугалась.
– Что было дальше?
– Я рассказала про Гильема. Что отец ему задолжал и тот собирался продать нас, чтобы вернуть свои деньги. И Альбин меня отпустил. А потом… Он сказал, в округе пропадают люди, и он хочет положить этому конец. – Брат вскинул недоверчивый взгляд, и я поспешно добавила. – Не мне сказал, само собой.
Фил потянулся к кувшину, но остановился, едва коснувшись ручки.
– Нельзя напиваться, мало ли. Но… очень хочется. Что между вами? Этот шиллинг, что он оставил – плата за…
– Нет!
Он взъерошил волосы, тоскливо выругался.
– Я ни в чем тебя не упрекаю и не упрекну, успел кое-что понять… просто помни, что у тебя еще две сестры.
– Я не забываю об этом ни на минуту. Куда ты их спрятал?
– В родительской спальне. Сходи успокой, я пока тут побуду. Мало ли, этим, – Фил мотнул головой в сторону лестницы, – что-то понадобится.
Девочки в самом деле спрятались в спальне, сидели на кровати обнявшись, два напуганных воробышка.
Я сгребла в охапку их обеих, прижимая к себе.
– Все живы. Все хорошо. Бояться нечего.
– Это Гильем приходил за нами? – спросила Джулия.
– Нет, вряд ли за нами, тогда бы в трактир пытались вломиться, а не господина капитана убить. – Несмотря на юный возраст, здравомыслия у Бланш было куда больше.