Хоть я по-прежнему считала, что, вмешавшись, он только себя зря погубит, все равно благодарно ему улыбнулась. Давненько мне не приходилось чувствовать, будто кому-то не наплевать, что со мной.
Выйдя на задний двор, Эгберд внимательно огляделся.
– Забор так себе, сгорит мгновенно. Но место в целом удачное.
– Знай себе сиди наверху да кидай камешки, – ухмыльнулся Юбер.
– Тропа одна? – поинтересовался командир.
– Да, пойдемте.
Дорожка змеилась вниз по обрыву, выходя на покрытый галькой берег. В прилив море подходило почти к самому обрыву, в отлив – отползало так, что можно было подойти и набрать воды в горшок для соли или собрать то, что море прибило к берегу.
– Насколько близко может подойти корабль? – спросил Эгберд.
– Обычно якорь бросают ярдах в тридцати от берега.
– Шлюпки, – подал голос старший из братьев, Джеффри. – Глубоко там?
Я растерянно пожала плечами, только сейчас поняв, что Ева не умела плавать.
Младший замер теребя косицу, которую он достал из-за спины. Судя по тому, как внимательно на него посмотрели остальные, не просто так он застыл с отсутствующим видом.
– В пяти ярдах от края воды – три ярда до дна, – сказал он, наконец.
Ничего себе! У магов что, лазерная рулетка в мозги встроена?
– Утонуть хватит, – хохотнул Юбер.
– Утонуть? – не выдержала я.
На меня недоуменно посмотрели все четверо. То есть пятеро, включая Фила.
– Если не умеешь плавать, можно и в ярде от берега утонуть, когда земли под ногами нет. – спокойно пояснил Эгберд.
Моряки, не умеющие плавать? Видимо, немой вопрос отобразился у меня на лице, потому что Юбер снова хмыкнул.
– А зачем бы им? Вплавь до Франции пуститься? Если уж оказался за бортом, все равно покойник, побарахтаешься ли сперва или сразу камнем на дно.
Вроде и логично: просто так, забавы ради, никто за борт сигать не будет, а если смыло волной, умеешь ты плавать или нет, особого значения не имеет. Но все же мне понадобилось некоторое время, чтобы уложить эту идею в голове.
– Достанут ли до нас? – задумчиво произнес Джеффри, вглядываясь в море. Удивительно тихим оно было сейчас; солнце, почти ушедшее за верхушки деревьев, заливало его золотом. Так и тянуло искупаться.