***
Прошло уже полчаса как капитан ""Изамбира"" вернулся на площадь к своей команде. Новость, которую он принес, была вроде бы и неплохая, но вынужденное ожидание... Ширас держался внешне спокойно, но словно горел изнутри. Видя, что с ним творится, его попросту отправили с глаз долой. Пусть Голен и Джулиус за ним присматривают.
Дворцовая площадь к этому времени уже очистилась от беженцев. Большая часть из них стала возвращаться в свои деревни, но кто-то еще оставался в городе, разместившись на окраинных улочках, чтобы не мешать движению и не привлекать излишнего внимания.
А перед Версантийским дворцом сейчас были парни из команды Шираса, да еще стали собираться делегаты из провинции. И те и другие с некоторым подозрение поглядывали друг на друга и старались держаться кучно, но в разных концах площади.
В этой всеобщей суматохе почти никто не заметил, что в порт вошла ""Евтихия"".
Большой красивый корабль, сверкая громадой бедых парусов, неспешно подошел к берегу и ошвартовался. К удивлению команды и отставшего эскорта царицы, вынужденного догонять свою государыню, их на берегу встретил всего только один таможенный чиновник и несколько зевак из тех, кто целыми днями торчит на причале просто от безделья.
На вопрос, куда все подевались, и что вообще творится в стране, таможенник, подкатывая глаза, стал в самых ярких красках расписывать кошмары прошедших дней. Офицер личной охраны государыни, услышав последние вести, заволновался и вся нервно жестикулирующая толпа, включая команду 'Евтихии' вместе с ее капитаном, направилась прямиком во дворец.
Для Алексиора, сошедшего на берег среди остальных, первые шаги по родной земле казались крайне тяжелыми. Он так мечтал об этом моменте, но сейчас каждый шаг приближал его к тому, с чем он предпочел бы не встречаться. А сердце его тянулось в фиорды, изнутри сознания, словно что-то нашептывало, что там его ждут. Там его счастье.