А с другой стороны, почему бы нет? У Кости шрам на запястье, слишком необычный и приметный. Ведерников не хочет, чтобы жена увидела отметину, а как скрыть от супруги наличие рубца? Вот он и решил не снимать часов. Но как объяснить постоянное присутствие на руке широкого браслета? Вот тут и рождается версия о несчастном мужике, всю жизнь встававшем в четыре утра и просто сросшемся с будильником. Кстати, номер не проходит, Алиса в конце концов увидела шрам."
"– Значит, родственницы из Волкины тоже актрисы?
– Да, – кивнул Вовка.
– Откуда же Полина и Вера взяли три тысячи долларов?
– Лампа, – укоризненно хмыкнул Вовка, – столь глупого вопроса даже от тебя не ожидал.
– А, ну да, деньги им дал Ведерников, который неплохо до этого заработал на шантаже!
– Точно.
– Но если Костя не нашел Нинон и не обнаружил коды, то почему он решил «умереть»?
– Вот это правильный вопрос, – потер руки Вовка. – Константину помешала Кира.
– Мать Алисы?
– Да. Она – пьяница, гуляка, пустившаяся во все тяжкие после смерти деспотичного мужа, малоразборчивая в связях женщина.
Ведерников пытается подружиться с тещей, но та совершенно не идет на контакт. Более того, в пьяных мозгах Киры неожиданно возникает предположение: зять неспроста столь мил. И в конце концов она заявляет вслух о том, что Алексей Кононов не зря затеял ремонт, он что-то ищет в доме.
Алиса пропускает слова матери мимо ушей, а вот Костя пугается и решает действовать незамедлительно. Теща становится опасной, тем более что в отсутствие дочери Кира начинает делать зятю намеки, роняя фразы типа: «Откуда ты?»; «Говоришь, коммуналку продал? Ну-ну! Интересно»; «Значит, денежки на ремонт честные? Да, да, понятно…».
Мы никогда не узнаем, почему Кира заводила эти беседы.