– Сколько же стоит наша квартира, если снова ее объединить?
– Это вопрос не ко мне, а к риелтору, – вывернулся юрист. Думал, что ловко, и совершил ошибку.
В душе Вероны закопошились подозрения.
– Ладно, – сказала она, – подумаю. Приходите через неделю. Кстати, куда меня Ведерников отселить надумал?
– Есть три шикарных места на выбор, – затарахтел юрист, – везде двушки с евроремонтом и мебелью. Вам понравится.
– Ну-ну, – кивнула Верона, – приезжайте в следующий вторник.
Когда адвокат снова прикатил к женщине, та сообщила:
– Я готова посмотреть предлагаемую жилплощадь, но с нами поедет моя родственница.
– Без проблем, – обрадовался юрист, – у меня большая машина.
До вечера успели оглядеть все квартиры. Хваленые двушки находились на краю света, там, где уже переставало действовать московское время. Правда, в комнатах было чисто, а на окнах стояли стеклопакеты, хоть и самые дешевые. Однако мебель оказалась российского производства, из прессованных опилок, люстры пластиковыми, занавески из рядна.
– Ну, какую берете? – ажиотированно поторопил адвокат Верону, когда та осмотрела последний вариант.
– Ни одну из предложенных, – спокойно ответила за нее доселе молчавшая «родственница» и сказала: – Я Анна Малова, представитель риелторского агентства «Супер», и мы имеем к вам встречное предложение. Верона отселяет Константина на окраину, в одну из предложенных им квартир, а сама делает ремонт и продает родительские пенаты.
– Бред! – завопил юрист. – Придет же в голову такое идиотство!"
"– Почему? – ухмыльнулась Анна.
– Квартира должна отойти Ведерникову, – взвился адвокат. – Это восстановление справедливости, есть документы, что ранее она вся принадлежала его предкам.
Верона сложила дулю и сунула ему под нос.