Болевой порог. Вторая чеченская война

Гера отпрыгнул назад, испугавшись, но странным образом отреагировал на свой страх. Ударом ноги он сорвал дверь с одной из петель и раскрыл её почти наполовину. Теперь всё встало на свои места. Ворвавшись в прихожую квартиры, парни замерли от увиденного. На дверной ручке висел труп мужчины. Довольно грузный. На теле грязный, разорванный в разных местах камуфляж, во рту кляп, руки за спиной связаны.

– Работаем, чего встали? – тихо приказал сержант, присаживаясь на одно колено рядом с телом.

Парни еле слышно чистят кухню, зал и спальню.

Доносится звук медленно ступающих подошв на битое стекло. Так же медленно скрипят межкомнатные двери, и в квартире появляется сквозняк благодаря выбитым окнам.

– Чисто, – докладывают наперебой бойцы, возвращаясь в прихожую.

– Наш? – спросил Девятов.

– Внешность славянская, – ответил Герасимов. – А наш или не наш, не знаю. Документов нет, смертника тоже. Может, контрактник?

По лицу лет тридцать с лишним человеку.

– Кто же его завалил таким образом? – задал риторический вопрос Логвин.

 – Труп-то свежий. Только грязный какой-то. Может, это пленный?

– Ясно, что невольный, – подначил сержанта Девятов, – видишь, кляп во рту.

– Там Бригадир внизу у подъезда. Пусть доложит капитану как следует, – продолжил Герасимов, повернувшись к бойцам. – Спускайтесь. Девятов со мной. Иди шкафы проверь. Ищи фотоальбом, документы какие-нибудь. В общем, выясни, кто хозяин квартиры.

Боец вернулся в зал и полез в сервант, вытряхивая содержимое шкафов на пол.

Копался в ворохе вскрытых конвертов, книг, тетрадей и прочих вещей. На нижней полке Девятов заметил толстый альбом, обшитый войлоком, аккуратно оформленный разного цвета конфетти. Видно, что альбом создавался вручную, и по лицевой обложке солдат догадался – он дембельский. На титульном листе каллиграфическим почерком было написано: «На долгую память от друзей по службе. Внутренние войска. Москва, 1988—1990». На чёрно-белых фотографиях молодой парень в форме, казармы, присяга – и всё в том же духе. В середине альбома между страниц ещё с десяток не приклеенных фотографий, на этот раз цветных. Свадьба, рождение ребёнка, достопримечательности Грозного, и всё тот же парень, но уже в форме сотрудника МВД.

– Иди, глянь, Гера, ясно всё, – захлопнул альбом Девятов и положил на место. Руки бойца небрежно собирали содержимое ящиков с пола. – Вот, посмотри фотографию, это он в милицейской форме. Наверняка из оппозиции.