Добровольно проданная

, в пепельнице тлеет сигарета, В комнате полумрак, поскольку горит лишь один светильник над столом и витает дымка с терпким запахом табака, Останавливаюсь на пороге и обнимаю себя руками. Мне не холодно, но я чувствую себя полностью обнаженной и уязвимой,

— Закрой дверь, — мужчина берет стакан и откидывается на спинку кресла, следя за моими действиями, отпивая алкоголь. Делаю, как он говорит, и останавливаюсь посреди комнаты, отводя взгляд в сторону, потому что не могу выдержать его холодных глаз.

— Что сказал доктор? — голос абсолютно спокойный, монотонный, на одной ноте, И от этого еще страшнее,

— Мне подобрали таблетки,"

"— Хорошо, но я не про это, Что с твоим здоровьем? — неожиданно спрашивает он, словно его интересует мое самочувствие, но я в надежде цепляюсь за этот вопрос как за спасение,

— Доктор сказал, что есть повреждения и нужно на некоторое время воздержаться от.

, этого… — замолкаю, продолжая смотреть в сторону. А Константин молчит, Слышу, как чиркает зажигалка, и комнату наполняет еще больше дыма,

— Зачем тогда надела эти развратные тряпочки? — с усмешкой спрашивает он, Ему забавно! Мне кажется, Адамади питается моим страхом.

— Вы просили, — поднимаю голову, глядя ему в лицо, Константин пользуется моментом — цепляет мой взгляд и не отпускает. Его глаза похожи на грозовое небо, Такие же темные и мрачные. Губы расплываются в ухмылке, а в глазах вот-вот сверкнет молния.

— То есть, ты все-таки слышишь меня и то, о чем я прошу? — голос не повышает, но тон настолько холодный, что по коже разбегаются мурашки.

 — Я просил не лезть в то, что тебя совершенно не касается?

Молчу, потому-то вопрос риторический, и мне нечего ответить, Перевожу взгляд на его татуировку на шее и понимаю, что она завораживает, привлекая внимания,

— Отвечай!

— Да… Он так просил, А я не могла… — мямлю и сама себя за это ненавижу, Потому что этому мужчине не нужны мои оправдания, — Я совершила ошибку, Больше такого не повторится,

— Умная девочка, а ведешь себя, как дура.

Разочаровываешь, София, — говорит он и открывает ноутбук. А я стою посреди комнаты, как на допросе, и чувствую себя загнанной мышкой, с которой играет зверь, — Посмотри сюда, — он поворачивает ноутбук ко мне, а там видео, где я гуляю по территории, рассматривая цветы, как захожу за дом и сажусь на лавочку, листаю страницы в телефоне, как оборачиваюсь на голос парня и подхожу к нему, вплоть до того, как меня ловит охранник и отбирает телефон.