— То есть твоя жена на тебя плюнула и ушла, узнав, что ты ей изменяешь. И это она себя так уважает, да? А женщина, которая просто хочет всегда быть рядом, поддерживать и любить… себя не уважает?
Я усмехаюсь. Что бы ни говорил, она перевернет вверх дном и поймет по-своему.
— Вон ушла! И чтобы я тебя больше не встречал на своем пути, ясно?
— Боже, да сдался ты мне! — Альбина закатывает глаза. — Сам прибежишь, окей? Я даже не сомневаюсь.
Стараюсь не реагировать, чтобы она поскорее ушла. Иначе этот бессмысленный разговор затянется.
— На выход.
Альбина фыркает и уходит, а я сажусь в кресло отца, не желая покидать его кабинет. Оглядываюсь. Папа… что-то ты рано ушел от нас. Не лучше было бы сделать операцию, а? Мать в ужасном состоянии, Дарина плачет несколько дней подряд… Я, конечно, всегда думал, что ей плевать на других, но сейчас вижу, что это не так.
От усталости отключаюсь. Не спал несколько суток подряд. Просыпаюсь, когда за окнами уже темно. Посмотрев на наручные часы, усмехаюсь. Сколько часов я тут торчу? Надо бы выйти, но я не могу. Не хочется ничего. В голове полный хаос.
— Можно? — слышу стук в дверь, и Леха с Антоном заходят в кабинет. — Ты как?
— Нормально, — пожимаю плечами и жестом даю понять, что тут может стоять прослушка.
— Мезенцев тут был? — спрашивает Тоха, когда мы отходим.
— Его пёс. Альбина на них работает.
— Не удивлен, — пожимает плечами друг.
— Тебе-то чего удивляться? — как-то неосознанно подкалываю я. Не по-мужски это, знаю, но я помню, как когда-то поступила его Настя.
— Ничего. — Он отводит взгляд.
— Так, Мих, ты мне скажи… Как быть-то? Жену твою надо отправить отсюда.
— Надо. Но для начала нужно с ней поговорить, не находишь? Знать бы ещё, как…
— Дай мне время.
— С бывшей, — с горечью напоминаю я, чувствуя, как что-то внутри ломается.
Глава 25
Александра
В доме родителей мне неуютно. Хочется скорее вернуться в свою квартиру, закрыться в спальне и ни о чем не думать.