Большие планы маэстрины

К ней тут же запрыгнул Барон, как обычно, и принялся громко мурлыкать. Я к нему уже так привыкла за эти месяцы, что порой даже не замечала. То он есть и крутится рядом, то вроде ушел. Но через некоторое время опять рядом. Вот и сейчас, убей не помню, с нами он пришел или был тут? Вроде с утра, пока я работала, он торчал в манеже с девочкой. На обед в столовую точно с нами ходил, я его кормила. А дальше я как-то упустила.

Протянув руку, я почесала рыжику шею и погладила.

— А я говорю, что это недопустимо! — в кабинете резко повысила голос женщина.

 — Он еще так молод. Все эти его истории с потерей магии. Наверняка эта дрянь его опоила или приворожила! Артур ни за что бы сам с такой не спутался.

У меня взлетели брови. Неожиданно…

— Бу-бу-бу… — что-то ответил ей мужчина. Он говорил мало, голос низкий, и слов не разобрать.

— Ну уж нет! Буду лезть! И буду вмешиваться! Я мать! И я не позволю своему сыну жениться на какой-то… некой… особе с внебрачным ребенком! Даже если этот ребенок — бастард Ноблей. Бесстыжая! Нагуляла дите еще во время учебы! Ты же слышал, что этот мерзкий старик рассказывал о ней! Она чудовище! Что она такого ему наговорила, что он так о ней… По его словам, это исчадие бездны и не стоит никому вставать на ее пути!

— Бу-бу-бу! Бу!

— Не смей мне указывать! — истерично взвизгнула она.

 — Да я костьми лягу, но не допущу этого брака. Я не отдам мерзавке своего сына!

Я хмыкнула, улыбнулась и принялась меланхолично гладить кота. Сейчас походу свершится знакомство с родителями.

— Бу-бу…

— И что? Да, дала согласие.

Но я же думала, он нашел нормальную девушку! Артур ведь не сказал, что она… Что у этой беспутницы нагулянный ребенок! Это все меняет!

— Бу-бу!

— Гнать ее отсюда! Я поставлю этот вопрос на совете рода! В университете Грессов не может быть преподавателей с таким… с такой… Это недопустимо и порочит нашу репутацию!

— …милла, нет!!!

Дверь кабинета распахнулась, взбешенная мать Артура выскочила в гостиную, пролетела по инерции еще несколько шагов и узрела нас, сидящих на диванчике.

Следом за ней неторопливо вышел ее спутник с сердитым лицом и поджатыми губами. Тоже увидел меня и замер.

По их этикету, я должна была встать и сделать книксен. Так как у них есть титул, а у меня нет. Но я сидела, придерживая на неглубоком диване ребенка, и не могла изобразить всю эту акробатику без риска, что малышка соскользнет на пол.

Поэтому я, как младшая, склонила в почтительном приветствии голову и заговорила:

— Добрый день, мадам, месье.