– Половина десятого, – пробормотал он.
Нас всех учили ориентироваться на внутренние часы, некоторые могли назвать время вплоть до минуты, но у меня эти самые часы начинали тикать лишь в тот момент, когда я куда-то опаздывала.
– Киар, мы все проспали! – скорбным голосом заявила я, понимая, что исподнее не только обнаружено, но и скорее аккуратно убрано.
С утра мой магистр выглядел ужасно привлекательным. Ему необычно шли и сонная расслабленность, и пробившаяся к утру темная щетина на щеках, и взгляд, еще не приобретший осмысленность.
– Ты же не имеешь в виду пробежку? – Рэнсвод честно попытался уловить мысль и даже потер левый глаз ладонью, видимо, надеясь отогнать сон. – Потому что в замок мы поедем после обеда.
– Да я про одежду! – воскликнула я. – Мы вчера забыли собрать исподнее! Твоя домоправительница его нашла.
– Полагаешь, она никогда не видела женского белья? – с иронией хмыкнул он.
– На полу в твоем холле? – немедленно подобралась я.
– Туше!
Рэнсвод упал лицом в подушку, кажется, пытаясь скрыть широкую улыбку.
– Ты там смеешься, что ли, пока я умираю от стыда? – Я сердито толкнула его в плечо. – Совсем сочувствия нет? Уверена, она догадалась, чем мы занимались!
– И сделает вид, что ничего не заметила, – хмыкнул он. – Любопытство не входит в ее обязанности.
– От этого еще позорнее.
Секундой позже Киар ловко перекатился, и я оказалась прижатой спиной к матрасу. От ощущения тяжести мужского обнаженного тела кружилась голова. Он нависал, волосы спадали на лицо. На руках выделялись мышцы, резко обозначились ключицы. Хотелось провести кончиком пальца по каждой рельефной линии на его теле. Я быстро облизала пересохшие губы, чувствуя, как внизу живота разливается жар, и затаила дыхание.
– Дыши, София, – прошептал он и накрыл мой приоткрытый рот глубоким поцелуем.
Мне хотелось всего, что предлагал новый неизведанный мир чувственных удовольствий, однако Рэнсвод оказался не только умелым, но и предусмотрительным партнером. «Всего» не случилось. Зато были долгие ласки: томные, вкрадчивые, жаркие – разные, и купание вдвоем, едва не стоившее ванной комнате потопа. Где-то в середине этого утра я вдруг осознала, насколько суровы книжные любовные романы к своим героиням.