Как это, однако, опасно — до того сживаться со своей привычкой, что перестаёшь замечать, как давно она себя изжила.
Катя всё чаще закатывала ему истерики, дулась, язвила. Пожалуй, они оба надеялись, что новогодний отдых поправит ситуацию. Спасёт то, что, возможно, спасения и не стоило. Наверное, теперь чуть понятнее становилась та безобразная истерика, которую закатила Катерина. Возможно, она тоже видела эту их поездку как верный шанс вернуть в отношения жизнь.
Андрей потёр горячие от недосыпа веки и медленно выдохнул.
Но только что толку об этом сейчас размышлять? Потому что если продолжить, придётся дойти да самого важного во всём этом мыслеблудии — с чего ему вообще всё это лезет в голову. Что послужило причиной. Точнее, кто, Волков. Не ври себе. Точнее, кто.
Может, всё-таки стоило к ней заглянуть? Эта дурочка ведь до того рассердилась, что ни обедать, ни ужинать не спустилась. Что, голодом заморить себя решила?
И он уже всерьёз подумывал отправиться-таки наверх, но шорох за стеной заставил Андрея насторожиться.
Он подскочил с кровати, по-быстрому натянул на себя джинсы и, на ходу надевая футболку, вышел из комнаты.
Верхний свет в гостиной не горел. Вместо него комнату освещали два напольных пилона, окутывая всё вокруг уютным медовым светом.
На кухне темно и пусто, вокруг… ах вот где она.
Евгения Станиславовна деловито крутилась у ёлки с бутербродом в зубах. Вокруг громоздились вынутые из кладовки и уже раскрытые коробки с ёлочными игрушками, на полу у её ног — моток гирлянды, на журнальном столике — чашка исходящего паром чая и тарелка с целой стопкой ещё не початых бутербродов.
Она стояла к нему боком, одетая в утреннюю синюю футболку и шорты. Андрей невольно сглотнул и отвёл взгляд от её голых ног. Юбки Евгения Станиславовна носила нечасто, а шорты корпоративный дресс-код не позволял, но всё же прятать такие ноги — преступление. Может, подкорректировать офисные правила для летних месяцев?..
Андрей умудрился добраться до середины гостиной незамеченным и, остановившись всего в паре шагов от неё, будничным тоном поинтересовался:
— Помощь не требуется?
Миронова вздрогнула, обернулась и вынула бутерброд изо рта, старательно прожевав откушенный кусок.
— Я думала, вы уже спите.
— Я тоже так думал.