Когда белоснежный внедорожник трогается с места, из ресторанного комплекса выскакивает тоненькая фигурка Павлины с обеспокоенным личиком. Она быстро вскидывает руку, стараясь привлечь внимание своего бывшего возлюбленного... однако, к моему удивлению, машина спокойно продолжает разворот на выезд, пока «Дворец» вместе с ангелоподобной красавицей на ступеньках не растворяется в ледяной новогодней ночи.
Странно, но Морозов даже не остановился хотя бы пару слов сказать Павлине на ходу.
Я украдкой поглядываю в его сторону.
Интересный он все-таки мужчина. Очень. Такой талантливый, сильный, эффектный со своей интригующей сединой на висках. Но главное - этот его сказочно волнующий голос... такой красивый...
Если в мире и существует магия, то в голосе Морозова она точно есть. Так что совсем неудивительно, что его до сих пор преследуют фанатки.
Вот только вся загвоздка в том, что он - точно не для меня.
Тихонько вздыхаю и отворачиваюсь к окну. Мимо проплывают знакомые очертания решетчатой ограды центрального рынка.
- Остановите, пожалуйста, не доезжая до моей общаги, - прошу Морозова, спохватившись с опозданием.
- Почему? - удивленно хмыкает он, но оперативно притормаживает возле пустынной остановки.
- Неважно. Спасибо, что подвезли.
- Ну как знаешь... - задумчиво отвечает он, и тяжесть его внимательного взгляда я ощущаю всей спиной. - Кстати, где твоя уличная одежда?
- В гардеробной ресторана забыла. Ничего страшного, потом приду и заберу...
- Не суетись, я распоряжусь, чтобы тебе ее кто-нибудь привез. Номерок только оставь мне. И счастливо.
Перед тем, как выйти, я оглядываюсь на него и, помедлив, добавляю:
- Берегите себя, Матвей Эдуардович.
За последние часы все улицы изрядно запорошило снегом. И полоса тротуара кажется длинным чистым холстом без единого отпечатка человеческой ноги. Я быстро сворачиваю за угол ко входу своего общежития, прислушиваясь к урчанию морозовского внедорожника.
И только чудом не попадаю под обстрел снежками сверху.