Пока-пока.
— Бабы по-прежнему по тебе сохнут, Леви, — Илона вытряхнула из сумочки пачку, а из нее — сигарету. Прикурила, щурясь на дым. — Даже, кажется, сильнее. Только теперь ты умеешь их отшивать."
"— Ты приехала ради этих сомнительных комплиментов?
Илона промолчала.
— Как Вероника?
— Ты могла бы поехать со мной и сама ее увидеть.
Илона вздрогнула, поёжилась.
— Я не могу. Ты же знаешь, я не могу.
— Ничего я не знаю, — жестко ответил Марк. Два дня подряд визитов Илоны — это перебор. И быть корректным, вежливым, входить в чужое положение и щадить чьи-то чувства — это сегодня не про Марка.
— Перестань. Пожалуйста, я прошу тебя, перестань.
— Ты первая начала этот разговор.
Илона помолчала. Марк думал о том, как бы вежливее избавиться от Илоны. Ничего лучше «Езжай-ка ты к себе домой, дорогая» на ум не приходило.
— А помнишь, какой ты был в двадцать, Марк? Смазливый, как черт. Ходячее искушение и похоть, тестостерон, плечи, пресс кубиками.
— Так!
— И почему все так кончилось, Марк?!
Илона зарыдала. Выругавшись сквозь зубы, Марк забрал у Илоны сигарету, выбросил в урну и рывком поднял бывшую жену за локоть со скамейки.
— Пошли. Перед соседями меня не позорь.
— Перед этой девкой, которая мечтает перед тобой трусики снять?
— Молчи. Я тебя умоляю, помолчи хотя бы до квартиры.
— Ты поцелуешь меня, Марк?
— Нет. Но вино еще осталось. Хочешь нажраться в моем обществе — так и быть.
— Куда делся тот красивый как бог улыбчивый парень?
— Сдох.
* * *Илона была старше его на шестнадцать лет. Когда они познакомились, ему было двадцать, ей — тридцать шесть. Она тогда заведовала медико-санитарной частью лётного училища. Именно там, в медсанчасти, на кушетке, у них все и случилось. Марка потом однокурсники подкалывали по поводу увлечения мильфами. Да не было никакого увлечения. Просто с этой учебой и полу-казарменным режимом в общежитии возможностей встречаться с девчонками было не так, чтобы много.
Марк никогда не спрашивал у Илоны, как так получилось, что она забеременела, несмотря на то, что они всегда пользовались презервативами.