Он заезжал к нам в поместье по дороге. Он спрашивал о вас и сожалел, что не имел возможности вас дождаться.
Он приезжал! Он хотел видеть меня! Я закусываю губу, пытаясь сдержать возглас отчаяния. А я в то время гуляла по лавкам модисток и травниц!
– Но я могу сообщить вам и кое-что хорошее, сударыня, – заговорщически подмигивает мне граф. – В числе сопровождавших его величество дворян не было герцога Жуавиля!
– Вот как? – от такой новости я даже подаюсь вперед, едва не опрокидывая стоящий на столе хрустальный фужер.
– Именно так! – месье Амбуаз довольно потирает руки. – На моей памяти такое впервые. Герцог всегда был в свите короля – куда бы тот ни отправлялся.
Но я всё еще не могу поверить.
– Может быть, его светлость уехал в Париж раньше? Ведь именно он был инициатором переговоров.
– Кажется, герцог сделал ставку не на тех людей. И проиграл. Я слышал, что его светлость должен был получить от французов большое вознаграждение, если бы Тодория присоединилась к Франции на первоначальных условиях.
Мы оба представляем себе взбешенное лицо Жуанвиля и дружно смеемся.
– Ничего, ваше сиятельство, – я допиваю минеральную воду и отставляю фужер в сторону, – герцог найдет, чем компенсировать эту потерю.
– Неужели? – проявляет интерес граф. – В таком случае, может быть, и нам стоит в этом поучаствовать? У его светлости в денежных вопросах неплохое чутье.
Но я по-прежнему сомневаюсь.
– Не стоит, ваше сиятельство. Мне кажется, герцог – такой же мошенник, как наш Алан – только, конечно же, гораздо более высокого уровня. Ну, а если правы вы, и дело действительно стоящее, то вряд ли его светлость будет рад видеть нас в числе своих компаньонов.
Граф соглашается."
"После завтрака я отправляюсь во дворец – теперь, когда Рейнар в отъезде, мне кажется вполне удобным навестить принцессу Луизу.
57. Спальня принцессы
Ее высочество принимает меня в уютной гостиной, выдержанной в приятных бело-бежевых тонах. Здесь нет ничего, что могло бы свидетельствовать о дурном вкусе принцессы.