Мужчина начал кашлять, побледнел, хватаясь за стену. Вены на шее вздулись. На его губах появилась кровь, от вида которой я пришла в ужас. Только еще одного трупа мне не хватало!
— Что с вами? Позвать помощь? — засуетилась я, спешно вспоминая навыки оказания первой помощи.
Не было никакого торжества, что тот, кто угрожал мне, сам повержен, я лишь искренне испугалась. Весь вид Барса был словно иллюстрацией искреннего страдания. Заломленная сладка между бровей, алая кровь на бледной коже, полуопущенные веки.
— Состав… — прохрипел он.
Мне понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что он имеет в виду. Злополучная пробирка была спрятана в пакете с детскими вещами.
Мужчина зубами открыл пробку и сделал большой глоток, разом ополовинив жидкость. Дыхание его практически мгновенно выровнялось, стало глубоким, складка между бровей исчезла.
Он закрыл остаток и убрал в карман."
"— Ладно. Признаю, представление затянулось, — он выпрямился, поправляя одежду. — Верни мне кольцо, и даю тебе слово фейри, что забуду тебя как страшный сон.
— Дело в том, что… — отпираться было бесполезно, но как объяснить, что произошло? А если он выяснит, что у меня не только его кольцо, но и ребенок?
— Не испытывай мое терпение! — рыкну
Дрожащими руками я расстегнула верхнюю пуговицу. Может быть, если я покажу, что случилось, он избавит меня от этой татуировки и перестанет мне сниться?
— Хорошая девочка, — ухмыльнулся он, очевидно, решив, что кольцо у меня спрятано под платьем.
Еще одна пуговица, еще…
— Это что, какая-то шутка?
Он в два шага преодолел разделявшее нас расстояние и дрожащими руками провел по татуировке, расположившейся чуть повыше ложбинки между грудей, и от этого легкого касания у меня задрожали ноги.
— Как ты это сделала?
— Просто надела кольцо на цепочке, а оно…
— Ты присвоила себе мой эфир… — опасно прошептал Барс.
— Не знаю, как это вышло… — я поджала губы, едва сдерживая эмоции.
Даже если Ирина и украла кольцо, то он сам в этом виноват. Если бы не распустил слухи о своей мнимой гибели, она бы давно его вернула!
— Не знаешь?
Мирослав наклонился, и кончик его языка скользнул по коже, вызывая мурашки по телу.
— Это было мое кольцо. Не знаю, как ты умудрилась стащить его. Но это уже не важно.