– Уже завтра?! И у вас документы, которые вы можете передать только мне из рук в руки?… Нет, я не могу не сказать Арману. Теодор, вы не понимаете. Я не просто с ним живу. Он мой муж.
Повисла пауза. Странная. Неживая. Словно он там умер или онемел.
– Тео? Тео?! Алло! Вы меня слышите? – глянула я на экран. Связь пропала? И тут снова раздался его голос. – Ну, конечно, это всё меняет, – согласилась я. – Я постараюсь. Хорошо. После работы. В парке. Я понимаю, что это касается моего отца. Что?! Отец… просил… Что? Арману не говорить?!
Но связь прервалась или он отключился.
Нет, определённо мне так послышалось, что отец «просил». Ненавижу эти недомолвки. И при этом все просят меня что-то не говорить Арману. Сначала звонила мать.
Ну, конечно, она была в ужасе, что губернатор имел на меня виды. Кто бы сомневался, что она преподнесёт это так. Она была в таком шоке, что не могла даже выйти меня проводить. Но верить или не верить? Сомневаюсь, что о планах на меня ей сообщил сам губернатор.
Как будто от Армана вообще можно что-то скрыть.
Вот, пожалуйста, уже смотрит грозовой тучей.
– Как вкусно пахнет, – потянула я носом, когда он вышел ко мне на веранду. За домом развели костёр. Намечались шашлыки.
– Иди сюда, моя бандитка. Настрелялась? – раскинул он руки. Но ответить не дал. Подхватил за шею. Впился в губы.
– Арман, – смутилась я, отстраняясь.
– Тебя что-то смущает? – подозрительно приподнял он бровь. – Я точно видел полчемодана прокладок.
– А моя работа?
– Ах, это! Забыл тебе сказать: я тебя повышаю. До моей личной ассистентки. Завтра полетим с тобой в первую рабочую командировку.
– Завтра?!
– Угу, – скорее кивнул он, чем ответил. – Познакомлю тебя со своими друзьями и делами. И вообще у нас медовый месяц.
– Медовый месяц? – удивилась я. – А когда? Летим?
– В ночь. Выспимся в самолёте.
Тогда можно мне завтра сходить на работу. Заберу там кое-какие вещи и вообще, – обрадовалась я.
– Ка-а-нешно! А маму навестить не хочешь? – словно издевался он.
– Нет. Но я своё мнение о ней не поменяла, – обогнула я его, – если ты об этом. – А вот она о тебе, кажется, да.
И я не стала уточнять, что оно стало ещё хуже. Но ей положено, она же теперь тёща.