Сделав первый большой глоток обжигающего напитка, девушка ухмыльнулась: знала бы ведьма Олеша, что одна из ее учениц кофе тайком попивает, о-о-о… Побьет старая карга связкой тонких ивовых прутьев, а то и кочергой. Тане и так изрядно доставалось за вечную неуспеваемость по руническому письму. Остальные ученицы с самого детства знали, что будут ведьмами, поэтому еще под неусыпным присмотром родителей изучали проклятое трехстрочье. Для Татьяны же эта наука представлялась не чем иным, как мудреной китайской грамотой.
Руны, идущие в первой строчке, обозначали слова. Во второй шли знаки, символические изображения жестов: творящий заклинание должен был в точности воспроизвести нарисованное движение. В нижней третьей строчке находился эморяд – синусоида, индикатор эмоций. Только гармоничное сочетание всех трех рядов порождало правильное заклятие, но самое сложное заключалось в том, что все эти три строки нужно было производить одновременно: читать, сплетать пальцы в жест, вызывать нужное чувство – гнев, тревогу, радость, восхищение, печаль.
"Да, именно на рунических письменах плелись самые мудреные заклятия. Но в остальном, что касалось практики, Таня не знала соперниц – прабабкин браслет все охотнее помогал своей хозяйке, и даже сама Олеша не раз кидала на него жадные взгляды. Даша рассказывала, что среди учениц ходят самые чудные сплетни: всем интересно, как молодой и неопытной ведьмочке достался браслет столь небывалой мощи, за какие такие заслуги? Выдвигались самые различные предположения: от простых, вроде счастливого нахождения браслета в лесу под деревом, до весьма скандальных и неприличных.
Второй глоток кофе принес меньше радости: опять мало сахара положили. Чашку кофе Татьяна притягивала заклинанием выманивания; скорее всего та прилетала из ближнего города, из какого-нибудь дома на окраине.