– М-м-м… – только и могла промычать я, медленно жуя сочную сосиску с закрытыми от удовольствия глазами, смакуя каждый кусочек. Когда я открыла глаза, то увидела, что взгляд Чэнса прикован к моим губам.
– Хочешь еще? – произнес он хрипловатым голосом.
Мой рот наполнился слюной.
– Давай.
На этот раз Чэнс взял кусочек бекона и скормил его мне рукой. Я не могла не признать, что он был прав насчет тайского соуса. Он подходил решительно ко всему.
– Еще?
Я облизала губы.
– Да.
Чэнс скормил мне еще три кусочка.
– Черт возьми! Еда, конечно, вкусная, но не до такой же степени!
Мой рот был набит беконом, и я с трудом произнесла:
– Что ты имеешь в виду?
– Когда тебе в последний раз было действительно хорошо?
– Что-о?
– Черт возьми, принцесса. Я имею в виду, когда ты как следует с кем-нибудь трахалась?
Я почувствовала, что краснею. Да что у него за вопросики?
– И какое отношение это имеет к завтраку?
– Такая реакция на еду может быть только при крайней степени сексуальной озабоченности.
– А вот это уже не твое дело!
– Твое лицо сейчас краснее соуса. – Чэнс подался ко мне и прошептал: – Обри, когда в последний раз ты испытывала оргазм во время секса?
– Какая тебе разница?
Но он продолжал допытываться еще настойчивее:
– Нет-нет, скажи. Как давно это было?
– Ну, допустим, в колледже, – буквально выдавила я из себя.
Какого черта я с ним разоткровенничалась?
– Поверить не могу, что я это сказала.
Мне было очень неловко, и это еще слабо сказано.
Он глубоко вздохнул.
– Не стоит смущаться. Хотя буду откровенен – я в шоке. Такая женщина, как ты, должна быть с мужчиной, который умеет доставить удовольствие.
– А тебе-то какое дело? Ты все твердишь «такая женщина, как ты», и прочее бла-бла, но что-то не похоже, чтобы ты был от меня в восторге.
Чэнс откинулся на спинку стула и некоторое время смотрел в окно, а потом снова взглянул мне в глаза.
– Ну, почему же, я в восторге… как от занозы в заднице… Понимаешь, на самом деле ты мне очень нравишься, Обри. Ты такая забавная. Нет, я, пожалуй, неточно выразился… Хотя, ну да, ха-ха – забавная. Такая вся из себя правильная. Хотя и не лишена остроумия. Быстро соображаешь. И чертовски хорошенькая, – Чэнс опустил взгляд, словно не решаясь продолжить.